— Хреново, — мрачно сказал Скрипач, когда они, наконец, напились. — А если дальше воды вообще не будет? Что тогда?

— Тогда придется менять маршрут, и её искать, — Ит покачал головой. — Запросто может так получиться, кстати. Мне кажется, что мы выходим из зоны, в которой были ручьи. Даже лес, и тот изменился, ты заметил?

— Не очень, — признался Скрипач. — Я не следил. Нога, сволочь такая, опять дурит. Видимо, ей не понравилось, что мы слишком долго бегали.

— Давай разбинтуем, надо посмотреть, — предложил Ит.

— Ну, давай, — нехотя согласился Скрипач. — Только я сам кроссовок сниму. Это… будет быстрее.

Больно, тут же понял Ит. Скрипач старается не подавать вида, само собой, но сейчас ему действительно больно, а это плохо. Он весь день шел, почти не хромая, но сейчас, видимо, нога разболелась уже всерьез.

— Сиди, — приказал Ит. — Тебе неудобно будет самому. Я осторожно.

— Ладно, — кивнул Скрипач.

Нога, разумеется, отекла, а ещё Скрипач сбил из-за этого отека пятку, потому что сползла повязка, а из-за спешки они не остановились, чтобы её поправить. Точнее, Скрипач просто не сказал об этом, потому что, видимо, решил, что вода в данном случае важнее.

— Рыжий, про сбитую пятку нужно было сказать, — заметил Ит. — Сейчас промою.

— Холод бы приложить, — вздохнул Скрипач. — Отек быстрее спадет. Ит, там нет никакого камушка холодного поблизости?

— Дай-ка подумать. Есть примерно целая гора холодных камушков, — сообщил Ит. — Но лучше, как мне кажется, взять мокрый, вон тот.

— Давай его сюда, — обрадовался Скрипач. Приложил камень к лодыжке, и блаженно зажмурился. — Ой, хорошо-то как… ещё бы пожрать чего-нибудь, и стало бы вообще отлично.

— Сейчас, — Ит вытащил из кармана худи корни топинамбура, выбрал два, ополоснул, и протянул один Скрипачу. — Что-то мне подсказывает, что долго они не протянут.

— Почему? — спросил Скрипач.

— Потому что подвяли уже порядочно, и сохнут, — Ит покачал головой. — А ещё их осталось восемь штук. На двое суток.

— Класс, — хмыкнул Скрипач. — На самом деле грех нам жаловаться. Вспомни, как Пятый с Лином голодали на третьем предприятии. Да еще и в каких условиях это всё было. А у нас тут чистая вода, воздух, горы, хвойники. Красота.

— Ну да, есть такое дело, — согласился Ит. — Сейчас будем наслаждаться, только сперва поедим.

— Если это можно так назвать — поедим, — Скрипач с сожалением посмотрел на топинамбур. — Хоть соли бы к нему. И майонеза.

— И зайца, — добавил Ит. — Тушеного.

— Зайцы заняты, они писают в ручьи, — строго произнес Скрипач.

— Здесь нет ручьев, — вздохнул Ит. Откусил от своего топинамбура кусочек. — Ты же видишь.