— Дети иногда убегают, — начал Ковьелло, но тут Скрипач не выдержал, и рассмеялся.

— Дети убегают? — переспросил он. — О, да. Дети действительно частенько убегают, например, сын Ри Торка, Ромка, очень любил удирать из-под надзора, и забираться на одну из елок, которые когда-то росли у дома. Вот только и его родители, и мы отлично знали законы, поэтому даже когда Рома удирал, за ним следили — и через Скивет, и визуально. Вы утверждаете, что Скивет не поднял тревогу, когда четырехлетняя девочка покинула не просто дом, в котором она жила с родителями, а детский поселок? Так, получается?

— Дети бывают талантливыми, в том числе и в техническом плане, — кажется, Ковьелло уже собрался и взял себя в руки. — Ребенок мог обмануть систему.

— Обмануть Скивет? В четыре года? — уточнил Ит. — Постойте-постойте. Как можно обмануть то, к чему у тебя вообще нет доступа? Ограниченный доступ к Скивет дети получают только в семь лет, после того, как покидают поселки, — напомнил он. — В четыре года дети не имеют представления о существовании Скивет, и это, между прочим, тоже прописано в законах. Как там было? «Для формирования адекватного восприятия окружающего мира», — процитировал он. — Скивет для детей до семи под строжайшим запретом. И причин для того множество. От неустойчивой детской психики, до искажения восприятия. И это правильный закон, — добавил Ит серьезно. — Очень правильный, как мне кажется. Свободный доступ в информационную сеть даже некоторым особенно чувствительным взрослым способен причинить вред, что уж говорить про маленьких детей. Мы знаем, Ковьелло, что ответов на эти вопросы мы от вас не получим, — Ит предупреждающе поднял руки. — Собственно, на ответы мы и не рассчитывали. Но те два ответа, которые вы нам дали, становятся основанием для ряда новых вопросов.

— Вы считаете южный совет дураками? — Ковьелло с сожалением посмотрел на Ита. — Вы думаете, что эти вопросы не были заданы в самом начале работы с данным делом? Разумеется, всё было выяснено досконально, и решение выносилось на основании проведенного расследования.

— И как же расследование ответило на вопрос о том, каким образом четырехлетний ребенок преодолел расстояние в четыреста восемьдесят километров, один, и оказался в месте, где ему в принципе быть не полагалось? — спросил Ит.

— А вот это вас не касается, — отрезал Ковьелло. — Думаю, на сегодня наш разговор окончен. Решение по вашему делу обсуждается, промежуточный вердикт будет вынесен, по всей видимости, летом, по северному полушарию, разумеется.

— Офигенно, — покачал головой Скрипач. — Теперь уже летом. Даже представить себе не могу, что в нашем случае можно обсуждать столько времени.