Есть только одна загвоздка. Я не уверена, что сам Орлов там не ночует. Но это я могу выяснить. Возвращаюсь в кабинет и прямо спрашиваю у Тамары Николаевны:
— А Роман Сергеевич у себя ночует?
— А ты знаешь, что у него там за дверь? — удивленно и даже как-то смущенно выгибает она бровь. — Ну ты даешь, Катя, — улыбается она и отмахивается рукой.
О чем она вообще думает? Такое ощущение, что еще немного, да скажет: «Ну, совет вам да любовь!». Стоп, так это теперь все про меня такое в офисе думают?
Блин! Зараза! Вот погань! Я не хочу, чтобы у меня была репутация, как у Люды, которая только и умела, что... Кхм-кхм, потрудиться ртом. И даже этого не стыдилась.
Но Тамара Николаевна же меня не осуждает. Значит и не думает, что я делаю что-то плохое. Так я и не делаю. Все. Хватит. Не хочу я думать, что обо мне подумают. Это мне тоже мама навязала.
Как говорил один философ — «ад — это другие». Или как он там говорил? Не помню уже. А суть в том, что нельзя зависеть от мнения всех остальных людей, ведь тогда потеряешь себя. Ну как-то так.
Хорошо бы, если бы я этот принцип узнала лет пять назад, а не в прошлом году. Но да ладно.
— Ладно, не мое дело. Совать нос не буду, — говорит Тамара Николаевна. — Он уже полгода там не ночует.
— Полгода? А как вы узнали?
— А, так все просто. Он за последние полгода все ближайшие фонды обогнал по капитализации. А чтобы это сделать, спал у себя в кабинете, ну в той комнате. Экономил время на дорогу, работал как не в себя. Понимаешь? А теперь ближайшие фонды далеко, ну вот, он, видимо, решил передохнуть от такого темпа.
— Ясно, спасибо, — благодарно отвечаю я.
Подмечаю, куда Тамара Николаевна кладет ключ, а сама уже готовлю план в голове. Орлов точно не будет ночевать в комнате, куда ведет дверь из его кабинета. А значит там могу переночевать я. Главное проснуться раньше, чем он приедет. Для этого поставлю будильник.
Риск, конечно, большой. Но лучше уж столкнуться с Орловым в его постели, чем с какими-нибудь гопниками, маргиналами или пьяными хабалками.
Ой. Ловлю себя на мысли, что встреча с Романом Сергеевичем в постели уже не кажется таким адом, как раньше. Но это не значит, что я его хочу. Что я готова отдаться. Вот когда пойму, что есть настоящая любовь. Чистая, светлая... Ну, тогда можно будет об этом подумать. А пока... Пока нужно работать.
Ближе к вечеру Тамара Николаевна уходит. Почти все трейдеры тоже уходят. Роман Николаевич не появляется. Под покровом ночи я пробираюсь в его кабинет. Закрываю его изнутри. Ну мало ли, на всякий случай.
Затем я иду к той двери, открываю ее и оказываюсь в этой квартире, если ее так можно назвать. Постель идеально заправлена. Я чищу зубы, умываюсь, а затем забираюсь в нее.