А с другой. Весь мой жизненный опыт говорит о том, что именно влюбленность губит самых успешных людей. Историй — пиздец.
Не хочу их вспоминать. Главное — контролировать себя. Не подпускать это рыжее чудо слишком близко к себе. Уж точно не выделять для нее в жизни особенное место.
Увлекусь, и пизда всей моей бизнес-империи.
Только бы не потерять голову.
Умываюсь ледяной водой. Протираю тело влажным полотенцем. Возвращаюсь к кровати, надеваю рубашку, пиджак и подхожу к Рыжульке. У нас завязывается диалог.
...
— Катя, очнись, — говорю я. Стараюсь не давить, но это ее нытье после оргазма — бред! — Ты думаешь, я часто такой хуйней занимаюсь?! А? Да я в рот даю и выгоняю на хуй! Всё... С тобой, блядь, рыжее ты чудо, вожусь, будто ты моя жена.
Она так на меня смотрит. Озадаченно хмурится, увлеченно над чем-то раздумывает. Сильно сомневается или не может переварить мои слова.
А мне по-большому счету похер. Стою рядом и кайфую уже от того, что она рядом. Моя. Рыжулька. Охуенная.
Позже приношу ей бокал воды. И ничего, не переломился. Вытираю ей слезинку с лица. Хуле она ныть решила, кайфовать должна. Но я стараюсь не злиться, не повышать голос.
Мало ли? Может, это был ее первый в жизни настоящий оргазм. Хер его знает. Для меня ее эмоции пока что загадка. Но я ее обязательно разгадаю. Никуда от меня не денется.
Ловлю себя на мысли, что оцениваю наше с ней здесь уединение миллиона так в два. Ну а чего? Любое развлечение, любой кайф стоит денег. Оргазм моей Рыжульки, самый первый у нас — два миллиона.
Достаю смартфон и записываю эту сумму в заметки. Нечего голову лишней инфой забивать. Там и так пиздец — графики и счета, цифры и таблицы.
Выходим с Марковой в общее помещение. Смотрю на нее и поражаюсь. Ей хватает сил натянуть на лицо дежурную улыбку.
Чувствую себя полным долбоебом. Понимаю же, что улыбка адресована не мне и вообще она не настоящая — но какой же кайф.
Надо будет настоящую завоевать. Сделаю это, обязательно.
Подходим к столу. Вижу большого Витю. Ебать он отожрался, но и подкачался. Мой старый приятель. Хлопаю его по спине и прошу приглядеть за Катей. А ей говорю:
— Не бойся, он присмотрит за тобой. А мне пора поговорить с Буркиным.
Вот же пиздос. Подмечаю мысль, что не хочу оставлять Рыжульку. Хочу быть рядом с ней. Не только сейчас. А всегда. Абсолютно всегда.
Как же все-таки охуенно, что эта криворчка пролила тогда кофе на мой ноутбук. Хер знает, когда бы я еще с ней пересекся.
Старик Буркин сидит на диване. У него персональный стол, а рядом с диваном такие амбалы охуевшие стоят, что, кажется, из дробовика их убить не получится. Просто движимое имущество — ебучие терминаторы. Надо будет спросить, где он таких нанимает, мне в будущем не помешают.