Он, будто специально дразнит, медленно открывает коробочку, целует меня в шею, зарывается в волосы. А я и сама не знаю, чего больше хочу: продолжить наслаждаться друг другом или примерить кольцо.
— Все успеем, — обжигающе горячо шепчет Рома мне на ухо.
Таю в его руках. Каждое прикосновение вызывает нереальные ощущения. А взгляд мой прикован к маленькой бархатной коробочке. И Рома наконец-то ее открывает. Сразу же смотрит мне в глаза и улыбается.
— Нужно примерить, — говорит он.
Нежно берет меня за руку. Достает кольцо и надевает на безымянный палец. Красивое золотое кольцо с большим бриллиантом. И сидит оно идеально. Налюбоваться не могу.
— Ты счастлива? — спрашивает Рома, не выпуская меня из объятий.
— Угу, — киваю я, голос будто меня не слушается. — Можно я скажу маме? Она...
— Не нужно, Катя, — отвечает Рома и уточняет. — Она уже знает.
— Знает? Но как?
В ответ он только тихо усмехается. Прижимается ко мне и тянется, чтобы поцеловать в губы. А я все раздумываю.
— А, так вот как ты ее уговорил, — говорю я.
— Нахер разговоры, — говорит Рома и набрасывается на меня с еще большим желанием.
То, что он со мной вытворяет, приносит какое-то внеземное удовольствие.
Я забываю почти обо всем. Думаю только о нем. И о том, что мы теперь не просто влюбленны друг в друга. Ведь после предложения следует свадьба.
⁂
Через несколько дней, которые мы с Ромой проводим только в компании друг с другом, едем в больницу. Маме уже сделали операцию, и все прошло хорошо. Нам разрешили ее посетить.
Рома подходит к двери в палату. Сперва стучит, а затем открывает ее и галантно пропускает меня вперед.
— Спасибо, — благодарю его и беру за руку.
Хочу, чтобы в этот момент он был рядом. Не очень хочется себе в этом признаваться, но я до сих пор боюсь, что мама может вернуться к своему привычному поведению, из-за чего у нас с ней и случались все конфликты.
Здороваемся с ней, я улыбаюсь, Рома более серьезен. Мама, судя по ее лицу, вроде бы рада нас видеть, хоть и выглядит она уставшей. Я подхожу ближе к ней, ставлю пакет с фруктами и разными вкусностями на тумбочку.
— Ой, да не стоило, — отмахивается она.
— Да ладно, мам, не скромничай. Нам не сложно, а тебе на пользу.
— Вот-вот, вам нужно восстановиться после операции, — говорит Рома.
Он усаживается на стул неподалеку и достает смартфон. В любой другой ситуации я бы посчитала, что это неправильно. Что так он показывает свое безразличие, но не сейчас.
Рома изначально сказал мне, что лучше подождет снаружи, чтобы мы с мамой смогли все обсудить. Но я взяла его за руку, и он согласился зайти.