— И кто же я? — улыбнувшись одними губами спросил рыжий.

— Ты по сути неплохой парень, которому при случае можно довериться и позволить прикрыть спину. По крайней мере подлости в тебе нет. Не хватает такта и внимательности, да и воспитания не достаёт, но все мы не без греха, верно? — черноволосый поднялся и протянул Росомахину руку: — Меня кстати Дмитрий зовут. Дмитрий Лебедев.

Такого поворота даже я не ожидал, а рыжий барон и вовсе впал в ступор, глядя на протянутую руку.

Чероноволосый тем временем продолжил.

— Если ты не планируешь наносить мне оскорбление и становиться моим врагом, протянутую руку принято пожимать, и ещё при этом представиться в ответ.

Хм, интересный попутчик у Росомахина.

Я на миг отвлёкся, и тут услышал, что Ирен по-прежнему о чём-то со мной говорит.

— … Вы сможете носить мой рюкзак, — рассказывала она все прелести дружбы с собой. — А если за мной, вдруг, станет ухаживать какой-то парень, то вы, как настоящий друг, будете передавать мне его письма.

— Уверен, вы и сами с этим неплохо справитесь, — хмыкнул я, — а у меня есть дела по важнее.

— Какие это? — с интересом спросила девчонка.

— Поспать, — ответил я и невозмутимо завалился на койку.

— О, можете не переживать! Графиня Волкова… То есть Ирен в обиду вас не даст. Я буду охранять сон своего верного друга.

Она уставилась на меня, всем своим видом показывая готовность активно охранять мой покой.

Волкова. Даже удивительно. Отец об этом роде отзывался очень уважительно, правда, скорее как о достойных врагах, а не как о союзниках. Но вот подробностей никаких. Даже удивительно что у этой девушки такое легкомысленное поведение. Или всё же это какая-то хитрая игра?

— Не обольщались бы вы, — бросил я, не оставляя надежд избавиться от назойливого внимания. — Из меня не особо хороший друг выйдет. Я не особо компанейский. Но уверен, что в соседнем купе есть весьма достойные вашего внимания господа.

— Всё, как и говорили карты, — с восторгом протянула она. — Вы будете сопротивляться, а потом станете мне самым верным другом.

О-ох… Это будет непросто…

Только я смежил веки и сделал три глубоких вдоха, по древней методике, готовясь перейти ко сну, как, после настойчивого стука, дверь в купе распахнулась.

Мои мыши-шпионы не показывали мне, что кто-то покидал своё купе. В проёме показался мужчина в униформе, которая, судя по всему, принадлежала железнодорожному ведомству. Он был в преклонном возрасте, с седыми волосами торчащими из-под высокой кепки, и аккуратно подстриженной бородой. На носу его сидели квадратные очки.