Ну уж фигушки Тамара, я сама решу с кем мне встречаться, а с кем нет. И так моя жизнь стала похожа на какой-то сюрреализм, так еще меня лишать нормальной личной жизни.
Слава отошел от нас и присоединился к своей компании. Я молча дожевала свой кусок мяса и отправилась на кухню мыть посуду. Надо было куда-то слить свой гнев и свою обиду. Через пять минут на кухне появился Рыжик, принес пару грязных тарелок.
— Слушай, я ничего не знаю про тебя, про твою личную жизнь, но честно говоря, ты мне очень понравилась. Я бы хотел с тобой по приезду на родину выпить чашечку кофе. Вот, возьми, это мой номер телефона, звони в любое время суток, для тебя я всегда свободен, — он положил на стол визитку с номером.
Я ее быстро спрятала в карман шорт. Тут в кухню вплыла Тамара.
— О чем вы тут шепчетесь? — спросила она.
— Интересуюсь, понравилось ли мясо девушке, — он улыбнулся, как чеширский кот и вышел из кухни.
Нам привезли наши вещи из гостиницы. Переоделись, я спрятала визитку на дне дорожной сумки. Захватили Диму и отправились в аэропорт. Его высадили в его городе, наказав, чтобы ни с кем не болтал о том, что произошло.
27 Глава. Любимая свекровь
Долетели до дома без происшествий. В дороге в основном спали, иногда я смотрела на ночное небо в иллюминатор. В аэропорту нас встретил почему-то Олег, а не Вова. Спрашивать не стала, как я поняла, это было распоряжение Тамары. Обиды из-за Рыжика на нее уже не держала, у каждого свои причуды. Сначала отвезли домой Тамару, а затем поехали в мою сторону.
— Марина, слышал, поездочка вам не просто далась. Ты себя настоящим бойцом показала, — поинтересовался Олег.
— Ну, да. Весело было. Гардероб проредили, и телефон надо новый покупать. Надеюсь, Тамара возместит расходы, — смотрела я в окно на ночной город.
— А, что там у вас с Рыжим произошло? — спросил он.
— Ничего, он с ребятами приехал и вызволил нас из амбара. Потом нас покормили и отвезли в аэропорт, — коротко описала я наш последний день в Венгрии.
— Я не про это, я про другое, — он давил на меня.
— Да ничего, мы закрылись с ним сначала в ванной, потом в спальне, потом на горячей барбекюшнице прямо во дворе при всем честном народе предались плотским утехам, а потом еще в битком набитой машине. Ты это хотел услышать? — нехорошо усмехнулась я.
— Марина, не передергивай. Я просто спросил, — поморщился он.
— Олег, начнем с того, что моя личная жизнь никого не касается, замужем я, не замужем, с кем хочу, с тем и сплю. Мы не при коммунизме живем, чтобы бдить мой моральный облик, — каждое слово я говорила четко и с возмущением.