— Есть хочу, — сказала я.
— Ничем помочь не могу, — пожал плечами Ренат.
— Я знаю, но мне нужно было это сказать. Смотри, вон там вроде дачные домики виднеются, — показала я пальцем на небольшой дачный поселок в стороне от села.
— Ты права, лучше там схорониться. Там можно и одеждой разжиться и едой.
Мы отправились в ту сторону по пыльной проселочной дороге.
— А ты откуда такой не обычный? — спросила я.
— Из Припяти, — усмехнулся он.
— Серьезно? Там же сейчас никто не живет, — удивилась я.
— Не живет, я там работал раньше, — спокойно ответил парень.
— Вылавливал туристов или экскурсии проводил?
— Нет, на АЭС.
— Так она вроде сейчас как бы ни функционирует, — изумилась я.
— Угу. Я в тот день вышел на смену. Случилась авария, нас там бросили. Как-то так, — никаких эмоция не было на его лице.
— И?
— Я не погиб, выжил.
— Но тебе должно быть сейчас лет пятьдесят, если не больше.
— 63 года, — ответил Ренат.
Я аж присвистнула, вот так паренек лет 25–28.
— Не свисти, денег не будет, — сказал он.
— Очуметь. Хорошо сохранился, — удивленно сказала я, — Как к ним попал?
— Я и раньше к ним попадал, но всегда сбегал, уничтожая про себя данные.
— Сейчас сложно о себе данные уничтожить, — покачала я головой.
— Я смог. Попал, когда выносил секретное оборудование оттуда, откуда его нельзя было выносить. Сцапали, привезли сюда. Выпрыгнул в окно, как ты. Ударился грудью, проткнул себе ребром легкое. Меня реанимировали и приковали на несколько месяцев к койке.
— Почему не прячешься? У нас страна большая, можно найти местечко.
— Не вижу смысла, не хочу. Да и интересно от чего я помру, — ответил он и криво усмехнулся.
— Ты наверно теперь радиоактивный? — спросила я.
— Тебя только это беспокоит?
— Меня много чего беспокоит, — сказала я.
— Что, например?
— Я про тебя теперь знаю. Ты меня не собираешься уничтожать? — я характерно провела пальцем по шее.
— Я еще не решил, — усмехнулся он, — Хотя, для меня ты не угроза. Даже если ты кому-то про меня расскажешь, толку от этого не будет. Нет фото, нет данных, рассказ похож на выдумку. Да и вообще нам пока лучше дружить.
— Как скажешь, дружить, так дружить, — кивнула я.
Мы добрались до садового общества. Перелезли через покосившийся забор у разрушенного дачного домика, и утонули в зарослях сорняка. Я сорвала недозрелое яблоко и начала его грызть.
— Не ешь, потом живот болеть будет, — предупредил Ренат.
— Я и не такое ела, — махнула я рукой, вгрызаясь в кислую плоть яблока.
Если бы его здесь не было, я бы сейчас какую-нибудь птичку дожевывала или мышку, даже от ящерки бы не отказалась, но надо было притворяться хоть сколько-то нормальной.