Отец с большим непониманием отнесся к тому, что у нас с Эрли сменился тем же утром цвет волос. Эрли еще ладно, девушки этим славятся: была блондинкой — стала брюнеткой, и ладно. А вот парни у нас обычно волосы себе не красили. Вчера сын был блондином, сегодня стал шатеном — для отца тревожный сигнал! Отправив Эрли погулять, он осторожно завел со мной разговор, нравятся ли мне девушки. Я рассмеялся и выложил придуманную вместе с Эрли версию:

— Все в порядке, отец, у тебя будут внуки! И я сделаю все, что для этого нужно, и, думаю, старшие братья тоже не подведут! Я просто помогал Эрли подобрать цвета красок, она опасалась экспериментировать со своими волосами, они у нее ломкие, и попросила меня помочь. А мне глубоко плевать, какого цвета мои волосы, если нужно помочь сестренке! Как ты сам знаешь, друзей, которым было бы это интересно, у меня нет — все, кого я считал друзьями, отвернулись от меня, когда я стал паралитиком!

Про друзей все было сказано верно, и отец тут же начал переживать, что оживил у меня воспоминания об этом темном периоде нашей жизни, так что немедленно замял разговор и больше цветом моих волос не интересовался.

Каждые два дня я заезжал к Вракару, посмотреть, как он себя чувствует. Старый маг, конечно, восстанавливался не так быстро, как я после паралича. Молодость — великое дело для выздоровления! Но паралич у него прошел полностью, а его слуги и не знали, что он у него был. Мы для них придумали версию про тяжелую болезнь, после которой старику надо очень осторожно восстанавливаться.

Тем не менее, Вракар уже с большим удовольствием сидел в саду — его туда под ручку выводили слуги. Платил я щедро, они рады были стараться! И старый маг, потихоньку оживая, даже пытался осторожно вставать и стоять, держась за стенку.

Во время моих визитов мы с ним отпускали слуг погулять, и я постепенно описывал ему, чем он будет заниматься. Отцу я представлю его как старого мага, которому сильно занедужилось в дороге, а я ему очень помог, так что теперь он хочет отплатить за заботу знаниями. Естественно, знаниями по артефакторике, которые ему самому не нужны, а отцу могут пригодиться. И поскольку в действительности никаких знаний по артефакторике у Вракара не было, я его во время этих визитов обучал, что и как нужно рассказывать отцу. Начал с того, как сделать очень дорогой шлем, размышляя о котором я и придумал эту идею с излечением какого-нибудь парализованного мага, затем припомнил и рассказал еще пару вещей. По каждой из них пришлось навести справки в местных лавках с артефактами — никто ничего о таких артефактах не знал. Это было очень важно, чтобы не выдать случайно чью-то тайну и не получить себе таких же проблем, которые, как мы опасались, теперь нажили с кланом, использующим птичьи железы для регенерации.