— Я не любила никогда и я не знаю, любовь ли это… но мне очень хочется быть с вами и говорить с вами, знаете — как в песне. С вами песня получается хорошей, не то, что с другими, и я хотела бы допеть её до конца.

Он взял её цепочку, отстегнул кольцо и надел ей его.

— Спасибо вам, Анна, вы спасаете меня и возможно, что себя тоже. Идёмте туда. Понимаете, я знаю этого человека.

— Вы? Знаете? — Анна перестала что-либо понимать.

— Это мой отец.

* * *

А ведь правда, думала Анна, идя через зал с Эдвардом за руку — они ведь очень похожи, одно лицо! И почему этого никто не видит?

Тем временем её появление обнаружили. Шёпот пополз по залу, обгоняя их, и очень удивлённые лица сопровождали их на всём протяжении пути. Анне путь показался бесконечным.

— Моя дочь Анна, — пробормотал отец, удивительно не к месту.

Но лорд Реджинальд, хотя и поднялся из-за стола, не смотрел на неё. Он смотрел на Эдварда.

— Ты вернулся? — спросил он, и столько было в этом голосе боли и потаённой надежды, что Анна изумилась и ещё раз оглядела лорда.

Высок, суров, в чёрном бархате, расшитом серебром, с роскошным кружевным воротником, она такие плести не умеет. А на правой руке — точно такое же кольцо, как то, что жгло ей сейчас правую руку. Волчья пасть скалилась на весь окружающий мир… но Анна вдруг поняла, что не боится этого человека.

— Да, отец, я вернулся, — они подошли совсем близко, и Эдвард склонил голову.

Впрочем, ненадолго.

— Что происходит в моём доме? — бабушка возвышалась рядом с ними нерушимой скалой.

— Я объясню, миледи, — Эдвард учтиво поклонился ей, но потом повернулся к своему отцу. — Эта девушка — леди Анна, дочь хозяина дома. И хотя её родные пока ещё этого не знают, она оказала мне честь и согласилась стать моей женой. Я слышал, милорд, что вы сватались к этой девушке, — взглянул он на отца. — Не держите зла, но я успел первым.

— Что? — бабушка, услышав такое, позабыла все хорошие манеры и вцепилась в дублет Эдварда. — Да как ты смеешь, отродье, говорить так об Анне!

— Бабушка, отпустите Эдварда. Я уже говорила вам — вы несправедливы к нему, — сказала Анна во всеуслышание.

— Анна, это правда? — сурово спросила бабушка.

— Правда. Изо всех предложенных мне отцом и судьбой вариантов этот устроил меня более всего, — Анна ещё и реверанс сделала.

Эдвард поднял её руку и показал кольцо своему отцу и бабушке.

Лорд Реджинальд молча смотрел на них, и Анна не могла прочитать его взгляда. Бабушка схватилась руками за голову и явно хотела что-то кому-то приказать — не то страже, не то лорду Генри — но была не в силах произнести ни слова.