— Если мы найдём хоть какие-то зацепки, то он останется доволен. Правильно говорю, глава Нойр?
— Очень на это надеюсь. И, глава Фуга, глава Игнис, вы можете обращаться ко мне по имени. Этикет в нашей ситуации не очень-то уместен.
— Верно. — Женщина одобрительно кивнула, после чего сразу двинулась вперёд. Элин и Лагес не стали отставать, вскоре поравнявшись так, чтобы было удобно вести разговор.
При этом от перерождённого не укрылось то, что вокруг развернулась искажающая звуки сфера, источником которой стал закрепленный на крупе коня Сораки артефакт.
— Элин, значит… — Лагес не смог скрыть обуревающих его неоднозначных чувств. — Ответной привилегией я тебя одарить пока не могу, но моё уважение ты уже заслужил. Одного твоего барьера с лихвой хватило бы для того, чтобы закрыть подавляющее большинство дисциплин академии.
— Что-то мне подсказывает, что на этом ничего не закончится. — Широко улыбнулась Сорака, для которой такой не слишком-то формальный разговор был словно масло для кота. — Ты можешь обращаться ко мне по имени, Элин. Я никогда не любила всего этого этикета…
Лагес громко цокнул языком и отвёл взгляд, в то время как Элин неглубоко кивнул:
— Благодарю, Сорака. Постараюсь оправдать ваше доверие…
Группа всадников, среди которых практически все были анимусами большой силы, выдвинулась в сторону лавки почтенного, — и преждевременно почившего, — Генриха. И все они совершенно позабыли о приставленном Гайо Бельфи телохранителе, у которого от разворачивающегося действа уже начало дёргаться веко.
Всего первый день на задании, а его подопечный уже обзавёлся такой компанией…
— Это их работа, безо всяких сомнений. — Сорака аккуратно сняла с головы мертвеца венок, особое внимание обратив на цветы. — Теперь — пять цветков. Предыдущее тело наградили тремя… А тебе, Элин, были уготованы четыре штуки.
— И если бы они согласовывали свои действия, то такой промашки бы не допустили. — Перерождённый аккуратно, воздействуя лишь анимой, перебирал выпавшие из сейфа бумаги, часть которых уже насквозь пропиталась кровью телохранителя Генриха. Сейчас, при ближайшем рассмотрении, стало ясно, что тот даже не успел приготовиться к бою, до того неожиданно был нанесён удар. — Как давно они начали действовать?
— Семь месяцев назад, в конце зимы. Сначала они оставляли венки без цветков, так что число жертв исчисляется десятками.
— Связь?
— Все убитые так или иначе, но сталкивались с упоминаниями симбионтов. Марфа сказала, что она не успела толком ничего объяснить, так что вместо неё это сделаю я. — Сорака отложила венок в сторону, обратив пристальное внимание на непосредственно тело. Несмотря на обстоятельства своей смерти, лицо Генриха отражало крайнюю степень умиротворения. Было бы очень непросто сказать, что его убили, если бы сама голова была на своём месте, а не лежала на груди.