Парящий город никогда не сталкивался с дуэгарскими магами в прямом противостоянии, но отлично знал, что живущие на сорока трех холмах не из тех, кто оставляет удары без ответа.

И мужчине, и женщине одновременно пришла на ум ужасающая картина горящих башен родного города. Разъяренные воины в черных доспехах на залитых кровью улицах и горы трупов в развалинах разрушенных зданий.

Только темным хватит сил и упорства добраться до небесного града, пылая жаждой мщения. Для остальных он всегда недоступен.

— Если дэс-валион хотят войны, они ее получат, — мрачно изрек мужчина.

По женским губам скользнула тень улыбки.

— Только воевать не обязательно нам, — подхватила она.

И оба в унисон выдохнули:

— Шасцу-Насхар.

Как только весть о случившемся дойдет до города тысячи храмов посланники богов первыми бросятся седлать коней и проверять благословенное или проклятое оружие, в зависимости от того, какому господину они служили.

Пусть паладины воюют, а Блистательные останутся в стороне бесстрастными отстраненными наблюдателями. Как и всегда.

— Он обхмааанууул меняяя! Он обхмааанууул меняяя! — как оглашенная орала тварь, не успокаиваясь ни на секунду.

Божок обиженно вопил, я ржал, как сумасшедший, Гренвир недоуменно хмурил брови, не понимая, что происходит.

Старик ворвался на четвертый этаж башни, как метеор, услышав дикие вопли разошедшегося пленника. И тут же замер, не застав картины побега, как видимо подспудно ожидал увидеть.

— В чем дело? — голос волшебника лязгнул металлом.

Он быстро подошел к клетке, проверяя все ли цепи в порядке, не нарушен ли рисунок пентаграммы и не сдвинуты ли кристаллы на полу.

— Ну? — алхимик обернулся ко мне.

— Оно… ха-ха… оно… — я тыкал пальцем в обиженную морду божка и никак не мог успокоиться.

Гренвир сделал шаг, моя голова дернулась от сильного подзатыльника. Челюсть с щелчком захлопнулась, едва не прикусив язык.

— Эй! — возмущенно воскликнул я, потирая затылок. — Зачем драться?

Старый волшебник оставил без внимания прозвучавший протест.

— Говори!

Я взглянул в чрезвычайно серьезное морщинистое лицо, вздохнул и принялся рассказывать.

Плененная сущность предложила плату за освобождение. За то, чтобы снять путы мне на выбор предоставлялось три разных способности. Талант, дар, умение — называйте, как угодно. По словам Йогар-гал выходило, что этот уникальный в своем роде навык останется со мной навсегда.

Невидимость. Способность призывать призрачное оружие. Умение находить потерянные предметы.

Можно взять только одно. Божественная награда в обмен на свободу.

Звучало неплохо, чего уж скрывать. Я подумал, прикинул что да как и попросил подробностей. А чего? Предложение и впрямь выглядело заманчивым. Это не видение с золотом и бабами. Может действительно пригодится в будущем.