Вскоре машина, везущая нас по городу, свернула с тенистой вязовой аллеи и покатила вдоль арочной галереи, украшавшей длинную белокаменную стену. Из-за неё доносились громкие, резкие выкрики, привлекшие моё внимание и почти заставившие забыть о недавно виденной картине разрушения.

Выглянув в окно, я через несколько секунд увидел, как на стену взлетели двое воинов в белых шароварах и свободных куртках, перехваченных широкими поясами. Оба были вооружены саблями, которыми, едва приземлившись, принялись орудовать с поразительной скоростью, ловкостью и грацией. Они буквально танцевали на стене, уклоняясь, подпрыгивая и приседая, нанося и отражая удары не только стали, но также рук и ног. Такого я не видел даже в китайских фильмах! Там через некоторое время зритель замечал, что и движения не особенно быстры, атаки не сильны, а паузы между ударами длинноваты. Сейчас же я наблюдал истинный танец смерти! Клинки мелькали, сверкая на солнце подобно узким зеркалам и оставляя после себя в воздухе сияющие росчерки. Даже мои братья Хорс и Сварог, большие любители подраться, не двигаются так стремительно.

Кто же эти воины, так стремящиеся убить друг друга прямо посреди города⁈ И почему прохожие почти не обращают на них внимания? Только такие же, как я, мальчишки, глазели, задрав головы. Но их лица не выражали при этом никакого беспокойства — только восторг.

Побегав с яростными криками по стене ещё немного, воины исчезли, спрыгнув обратно за галерею.

— Ну, что, это ты помнишь? — подавшись вперёд, спросил Николай. — Сколько раз ты просил отдать тебя сюда, в школу Золотого карпа, чтобы ты мог тренироваться? И не хотел слушать, что ещё слишком мал.

Я поспешно схватил блокнот и нацарапал: «Посмотрим!»

Род Первобог тоже постоянно совал мне палки в колёса, но ему так и не удалось меня приручить. Изгнать — да, но не покорить.

Машина почти проехала мимо стены с галереей, но алхимаг понял и одобрительно кивнул.

— Я уж думал, не попросишь, — сказал он. — Всегда ведь просил.

Николай взглянул на Елену.

— Остановимся на несколько минут, — сказал он. — Это вроде традиции.

Похоже, он неверно понял то, что я написал, решив, что это просьба.

— У нас ещё сегодня много дел, — отозвалась женщина, но было видно, что спорить и возражать не станет.

— Ничего, успеем, — Николай велел шофёру остановиться.

Кажется, его настроение улучшилось. Наверное, потому что ему казалось, будто я повёл себя, как настоящий Ярослав Мартынов. Должно быть, тот просил остановиться и посмотреть на тренировки (теперь было ясно, что за схватку я видел) каждый раз, когда автомобиль проезжал мимо школы боевых искусств.