– Увы, Богдан Алексеевич, – подпустив в голос грустных интонаций, ответила я. – Боюсь, ничего не получится. Я себя неважно чувствую. Скорее всего, мне придется какое-то время побыть дома. Вы уж извините, что так вышло.

– Ничего, – после секундной паузы отозвался Елецкий. – Я понимаю. Вам что-нибудь нужно? Не стесняйтесь, вы можете располагать мною.

– Нет, спасибо, – поблагодарила мужчину. – У меня есть все необходимое.

– Что ж, поправляйтесь, Мари, – пожелал Богдан. – И звоните, если вам понадобится помощь.

– Спасибо, – испытывая неловкость от собственного вранья, пробормотала я.

Не люблю лгать. Но вот что странно – отказав Елецкому, пусть и с помощью небольшого… м-м… лукавства, почувствовала себя… свободной, что ли. Надо же! И почему я не сделала этого раньше? Почему соглашалась на встречи? Почему позволяла манипулировать собой? Бред какой-то. И совсем на меня не похоже.

Богдан нажал отбой, а я еще долго сидела в постели, прижав к щеке телефон.

– Не переживай, Мари, ты все правильно сделала.

Упс. Партнер. Никак не привыкну к его бесшумным передвижениям.

Берцев подошел ко мне и забрал мобильный.

– Поверь, так будет лучше, – усаживаясь рядом, заметил мужчина. – Обещаю, однажды я тебе все объясню, а пока, просто доверься мне.

Он легко коснулся моих волос, отвел пряди от лица, невесомо провел пальцами вдоль выреза блузки и улыбнулся.

– Какая нежная кожа, – еле слышно прошептал Рус. – Так и тянет поцеловать.

Вот, паразит! Знает же, как я реагирую на его ласку!

– Мари, мы столько времени упустили, – не прекращая нежных поглаживаний, задумчиво произнес Берцев.

– Ну не так уж и много. Тебя всего-то две недели не было.

– Две недели. А мне кажется, гораздо больше.

Он грустно усмехнулся и притянул меня ближе.

– Моя Мари.

– И чем ты занимался? – стараясь не поддаваться волшебству хрипловатого голоса, спросила я. – Вернее, чем ты, вообще, занимаешься?

– Да так. Всем понемногу, – неохотно ответил Рус. Он заметил мой вопрошающий взгляд и пояснил: – В основном, инвестициями. Вкладываюсь в развитие российской промышленности, – губы Берцева тронула ироничная улыбка. – Если говорить попросту, покупаю разваливающееся производство задешево, довожу его до ума и продаю задорого. Есть, правда, пара действующих заводов, которые я оставил себе, несколько печатных изданий, ну и всякого разного, по мелочи.

Что ж, как я и думала. Очень Богатенький Буратино и Делец. Руслан Александрович Берцев, «владелец заводов, газет и пароходов». Куда уж нам, сирым, до акул бизнеса?

– И много людей на тебя работает?

– Достаточно, – уклончиво ответил Руслан.