Милана Николаевна Праксина была нежеланным, но таким необходимым ребёнком нашего отца. Нелюбимая, даже ненавистная дочь, которая своим рождением должна была спасти наследницу гостиничной империи, построенной нашим отцом.
Ульяна родилась в семье гостиничного магната Николая и Светланы Соколовых. Девочка была прелестной, но очень болезненной. В детстве ей поставили страшный диагноз, при котором требовалась пересадка костного мозга. Семья была очень богата, но вот незадача: донора всё не находили. Девочка угасала, жена сходила с ума, и Николай начал ходить налево, где нечаянно родилась девочка — и по роковой случайности она оказалась точной копией Ульяны.
Когда о Милане узнала госпожа Соколова, она уже тогда возненавидела ребёнка, но быстро выяснилось, что эта девочка — решение всех их проблем. Заключили договор: Милана становится донором для Ульяны; после удачно проведённой операции Праксины уезжают с большой суммой денег и забывают о Соколовых раз и навсегда.
Операция прошла успешно. Девочка пошла на поправку, Праксины покинули Москву и переехали в Пятигорск.
Я прожила счастливые 20 лет жизни с мамой и отчимом, который заменил мне отца… Я знала про настоящего отца, но именно Эдуард Андреевич — папа Эдик — был мне отцом. Именно он учил ездить на велосипеде, а потом целовал сбитые коленки; учил давать сдачу зазнавшимся мальчишкам, ходил встречать вечером после уроков, втихаря от мамы учил водить свою машину. Мы были счастливы.
Как‑то мы шли втроём с рынка, смеялись над очередной шуткой Эдика и не заметили, как прямо на нас на бешеной скорости неслась машина. Эдик успел только толкнуть меня… Мама с отчимом погибли. Я ничем не могла помочь. И тогда, стоя возле них, я поклялась, что пойду на медика и буду спасать людей.
Я сдержала свою клятву и стала нейрохирургом. Правда, ещё рано говорить — я только перешла на специализацию. Мы дежурили наравне с опытными врачами
МаксимАверен
ВоспоминанияЗаполгодадооперации
Я помню этот день, как будто это было вчера.
Середина июня, жарко даже ночью. Я работала в обычной городской больнице, где на ночь оставался одинврач‑хирург и медсестра. Но так как я была практиканткой, необходимость в медсестре отпала сама собой.
02:30 ночи. Врач‑хирург был пьян: у него недавно родился ребёнок, и он ещё праздновал пополнение в семье, а ячитала какой‑то роман.
Вот тогда‑то моя жизнь и перевернулась на 180 градусов.
Дверь отлетела в сторону со страшным грохотом, пропуская троих бегущих людей. Точнее, двое тащилиистекающего кровью третьего.
— Кто главный? — спросил первый. — Где хирург? Нужно зашить — ножом пырнули! — кричал второй мужчина. — Я… я… врач там… — пролепетала я. — Вась, да он бухой в хлам, я его не подпущу к Максу, — отрезал первый. — Тащи девчонку, пусть она шьёт, — приказал второй. — Я не врач, я практикантка, я не смогу! — Жить хочешь? Значит, сможешь. А это тебе для стимула, — проговорил первый, доставая пистолет. — Чего вылупилась? Пристрелю, сучка! Зашивай, блядь, сказал! — рявкнул второй, укладывая раненого.