Автор: Ирина
Ты умрёшь, а я буду жить… Ты умрёшь…
Я смотрела на свою сводную сестру и ужасалась: как при такой кукольной внешности она могла быть такиммонстром? Она забрала всё, что у меня было: любовь семьи, любимого. Но ей этого оказалось мало — теперь ейнужна была моя жизнь.
Я смотрела на неё, как в зеркало, и не могла понять, как моя любимейшая, вечно больная сестрёнка моглапотребовать от меня мою же жизнь.
— Ты умрёшь, отдашь мне своё сердце — оно ведь теперь тебе не нужно, а мне — да…
— Ты не можешь от меня этого требовать.
— Я и не требую, просто ставлю перед фактом: ты сейчас заснёшь и больше не проснёшься…
— …
— Ты отдашь наконец свою жизнь. Нет, не так: ты наконец выполнишь свою обязанность передо мной.
— …
— Что ты так смотришь? Ты же знала, почему родилась? Ты — мои запасные запчасти, донор, бесплатныймагазин с запасными деталями.
— Нет! Я же уже отдала тебе костный мозг — и тебе всё мало?
— За это, конечно, спасибо. Но, к сожалению, моё сердце не выдерживает, и мне нужно новое — а твоё подходитидеально. Засыпай и исполни свою миссию.
— Да, кстати, я забыла: в конце этого месяца — моя свадьба. Как видишь, твоё сердце мне нужнее. Я сделаюсчастливым Максима — но не ты…
Так и оборвалась моя жизнь.
Настоящее время
— Милка, вставай, дрянь ты мелкая! Я сказала: сейчас Максим придёт, и ты обязана с ним поздороваться! — залетает Ульяна с криком ко мне в комнату.
— Ульян, у меня были сложные сутки, дай, пожалуйста, отдохнуть. Я уверена, вам с Максимом и без меня будет хорошо.
— Я твоего мнения не спрашивала. Макс очень порядочный и добрый — постоянно спрашивает про мою юродивую, не от мира сего сестрёнку. Вставай, дрянь, и не позорь меня!
Ульяна Николаевна Соколова была моей старшей сестрой. Красивая, холёная блондинка холодного оттенка, с упругими кудряшками на голове. Обладательница модельной внешности: чётко очерченные сочные губы, аккуратный вздёрнутый носик, миндалевидные глаза ярко‑зелёного оттенка, пухлые щёчки с красивым румянцем. Идеальная фигура с очень пышным бюстом, тонкой талией и, конечно, длинными ногами. Ульяна была гордостью отца и матери.
А я же была блёклой тенью Ульяны… На лицо она была богиней, хищницей. Моё же лицо тоже было миловидно, но оно было слишком мягкое, почти детское. Никогда не стать мне роковой красавицей.
Если Уля была ростом 177 см, то я едва дотягивала до 168 см. Блондинка, но только тёплого оттенка; глаза большие, светлые, с фиолетовым оттенком. Мама всегда говорила: «Ох, Милка, что же с тобой делать? Ты же мечта для извращенцев… С твоей‑то ангельской внешностью!»