Улыбка сползла с её лица.

— Говори.

— Судя по перехватам, в здании Адмиралтейства сконцентрировано-таки несколько групп вооружённых людей. Мои аналитические алгоритмы с высокой степенью вероятности идентифицируют их как офицеров, лично преданных первому министру, а также ставленников, назначенных им на ключевые должности за последний год.

— Сколько их?

— Точные данные отсутствуют. Оценочно — от ста до двухсот человек. Возможно, больше. Также есть основания полагать, что к ним присоединились остатки подразделений «преображенцев» — тех, которым удалось избежать нейтрализации в других частях города. Большая часть гвардейцев была ликвидирована или обезврежена, но некоторым группам удалось сохраниться.

Хромцова нахмурилась. «Преображенцы». Эти ряженые клоуны в форме императорской гвардии. Она уже столкнулась с ними сегодня — на лестнице Сената. И одного из них — молодого, горячего, глупого — ей пришлось пристрелить.

— Чем вооружены?

— По всей видимости, обычное стрелковое оружие. Ничего тяжелого. Перехваченные переговоры упоминают «готовность к обороне» и «защиту до последнего».

— Идиоты, — Агриппина Ивановна покачала головой. — Героические идиоты, готовые умереть за человека, который бросит их при первой возможности.

Она повернулась к Ермолову, сидевшему у открытой двери в кабину пилотов. Капитан слушал разговор через открытый канал связи и уже понял, к чему всё идёт.

— Слышал? — спросила она.

— Так точно, госпожа вице-адмирал.

— Что думаешь?

Ермолов помолчал, обдумывая ответ. Его изрезанное шрамами лицо за прозрачным забралом было спокойным и сосредоточенным.

— Думаю, что у нас численное и техническое превосходство, — произнёс он наконец. — Полторы сотни бойцов в «Ратниках» против сотни-другой офицеров в парадных мундирах и нескольких десятков гвардейцев — это не бой, это избиение. Но если они закрепятся в здании и будут защищаться всерьёз, мы можем понести потери. Адмиралтейство — старая постройка, капитальные стены, узкие коридоры. Идеальное место для обороны малыми силами. И если там действительно есть «преображенцы» в полной экипировке…

Он не закончил фразу, но Хромцова поняла. В открытом бою численность и слаженные действия ее ребят решит исход в пользу нападающих. Но в тесных помещениях, где манёвр ограничен, а преимущество в дальности огня нивелируется…

— Значит, пока не будем штурмовать вслепую, — сказала она. — Но и церемониться не станем.

Её голос стал жёстче:

— В прошлый раз, у Сената, я была с ними слишком деликатной. Разогнала этих политиканов по домам, вместо того чтобы арестовать каждого за государственную измену. Дала им шанс одуматься. Результат? — она махнула рукой в сторону иллюминатора, за которым проплывали бесконечные экраны с лицом Грауса. — Эти гаденыши снова собираются. Снова готовят сопротивление. Думают, что со мной можно поиграть.