— Нет, это важно, — нахмурился мужчина. — Мы выпотрошили Вскрывателей и доверили Милорду всё это продать. А потом он собрал всех, кто там был, и разделил доход с добычи. Ты вообще понимаешь, как сложно было найти тех, кто оборонял город? Командир ведь не знал нас лично, но он упорно ходил по городу, искал, расспрашивал, вспоминал. Я тогда двухмесячный доход от рейдов получил. За день. А это довольно много.
Разговор происходил в одной из таверн Суры. Арен Золотое ухо нашёл очередного бойца из тех, кто пошёл защищать город от приближающихся Вскрывателей и теперь, сидя за столом таверны, расспрашивал его о том знаменательном дне. Этот Охотник был не первым, кого он расспрашивал, так что, можно сказать, общая картина того дня у него уже была, но ему хотелось деталей. Больше деталей, больше эмоций, больше рифм для будущей песни… а он ему про деньги.
— Хорошо, я понял, — кивнул Арен. — Деньги — это действительно важно.
— Дурак ты, музыкант, — вздохнул его собеседник. — Не в деньгах дело.
Арен нахмурился. Может, он правда чего-то не понимает.
— Если не деньги, то что? — спросил он, всматриваясь в лицо мужчины.
— Память, — поджал тот губы. — Он не забыл о нас даже после боя. Думаешь, это мы кричали, чтобы он собрал и продал добычу? Да нам тогда плевать на это было. Мы радовались тому, что живы остались. Что наш город и наши близкие вне опасности. А потом прошли дни и недели, а нас вновь собирают и отдают деньги. Он не забыл про нас даже после боя.
Арен замер, смотря сквозь мужчину. В тот момент в его голове проносились образы стариков, надевающих доспехи и идущих на бой. Строчки новой песни, не связанной с событиями обороны Суры, складывались у него в голове. О чести, о доблести, о памяти. О тех, кто не забыл. Очнувшись и не обращая ни на кого внимания, Арен начал быстро черкать в блокноте карандашом, стараясь записать всё, что заполняло его голову. Чувства, история, рифмы.
— Прошу прощения, — произнёс молодой человек, сидящий рядом с Ареном. — Творческие люди такие, враз отключаются от мира.
— Пусть его, — отмахнулся Охотник. — Лишь бы песня была хорошей.
— Учитель — мастер своего дела, — кивнул Гуран. — Уверяю, плохой песни не будет.
А в следующий момент Арен опустил блокнот и по-прежнему, глядя в никуда, пробормотал:
— И пусть никто не вернулся… они ушли по дороге памяти… следуя за светом Штандарта…
— За императора и империю, — произнёс Охотник, и в несколько глотков допив пиво, опустил кружку на стол. — За легион.
На отдых решили выделить неделю. Но то ли я крепче стал, то ли мешало предвкушение рейда в Гранц, однако уже на четвёртый день я заскучал. Проснувшись с мыслью: «Чёрт, ещё несколько дней ничегонеделания», я решил заранее заняться подготовкой к рейду. Так что сразу после завтрака пошёл искать повозку с лошадьми. На этот раз решил не привязываться к торговым караванам. Ехать нам далеко, так что лучше иметь свою повозку, ну а в Кариле, который является конечной точкой в нашем маршруте по территории людей, мы её продадим. Правда, потом, когда будем возвращаться в Суру, придётся опять покупать… Да и ладно, там видно будет.