Что же, это и правда был он.
Интересно, как часто ректор устает на работе так сильно, что засыпает на месте, а просыпаясь, не может досчитаться пары суток?
Я не пожалела минуты, написала на клочке бумаги название зелья и имя Звояра, повторила так несколько раз и сунула клочки везде, где мне только придумалось. Если даже Звояр догадается проверить, он упустит хоть одну, а для ректора это будет то, что мешается. Например, в ноздре или ухе. Или между пальцев ног!
Наверное, больше я ничего не могла для него сделать, но это точно было лучше, чем ничего.
Закончив, я осторожно выглянула в общий коридор. Было тихо. Если мне удастся незамеченной проскользнуть до студенческого крыла, то я спасена!
Я хлопнула себя по лбу. Если я перестану забывать, что я медиум, всё станет куда проще!
Только кого позвать, если злиться мне не хочется, а по имени я знаю только Кайсу? Идея пришла ко мне мгновенно. Конечно, могло не повезти, но пока я была в восторге. Нет, я могла позвать Каньера, конечно, но вредный старикан меня утомил.
— Ректор, — позвала я. — Ректор университета!
Я решила так. Как минимум один ректор обязательно умирал на рабочем месте. А значит, он должен откликнуться на мой призыв!
Я даже немного опасалась, что их будет слишком много! Но появился только один старичок. Впрочем, мне было достаточно одного. К тому же этот оказался в сто раз приятнее Каньера и не некромант. Приятное разнообразие!
— Здравствуй, Лисонька, — расплылся полупрозрачный старичок в улыбке. — Как я рад тебя видеть!
Может, всякие умственные проблемы остаются с человеком после смерти? Очень неудачно!
— Вы меня с кем-то спутали, — тем не менее очень вежливо произнесла я. — Меня зовут Белка. Белка, а не Лиса.
— Похожа, похожа на Лисоньку в молодости, — старик и не думал униматься. — Что хочешь, милая? Тебе всегда рады в университете.
Я дернула плечом. Ага, один такой радостный сейчас бесы одни знаю, чем занимается в подвале. А старикан и впрямь с придурью.
— Выведите меня, пожалуйста, в студенческое крыло, чтобы никто не встретился, — тем не менее попросила я.
— Просьба Лисоньки — закон! — торжественно произнес старик. — Нажми на картину слева от твоей руки.
И я. Попалась. На это!
'Никогда не понимала любви магов к тайным ходам.
Мне не приходилось изучать других волшебных существ,
Но я надеюсь, что у них всё куда проще.
Если, конечно, в этой страсти не виноваты инквизиторы'.
Иссабелия Астаросская
«Здесь будет название трактата, если он будет написан».
Я летела и вопила некоторое продолжительное на взгляд перепуганной меня время. Но вскоре поняла, что магия этой трубы, по которой под действием силы притяжения я стремительно возвращалась в подземелья, поддерживает меня с такой скоростью, чтобы в конце я не расшиблась.