Пока однокурсницы охали и ахали, кому-то даже сделалось дурно, я ловко сняла с мертвеца сначала раздражающие его воротничок и другие украшения, потом срезала кончики ногтей, волоски, в общем, взяла всё, что можно получить с такого обычного мертвеца, и снова посмотрела на Звояра.

— Недурно, — буркнул он. — Мне нужны ногти с левой руки и ткань с нижней рубахи — плачу два серебряных.

Я немедленно выдала запрашиваемое и тут же прямо посреди кладбища получила свои деньги. Тогда мне казалось, что у меня всё получится. Целых пятнадцать секунд я пребывала в блаженных мечтах, а потом крикнула вслед медленно отходящему от меня некроманту:

— Так что, берете?

Он даже не повернулся.

— Ты слаба магически, Белка, — произнес он, разглядывая неглубокую яму, которую расковыряли мои одногруппницы. — Вашу силу определяли при поступлении, и подходящие для полевой работы навыки тут не помогут.

Как же мне было обидно! Я не заплакала лишь потому, что разучилась.

— Это не… не так! — только и смогла я произнести, и сжала руки так, что позолоченный воротничок был безвозвратно смят.

Не поворачиваясь ко мне, Звояр щелкнул пальцами, провел ими над открытым гробом и пошел дальше. А мертвец поднялся и пошел ко мне. Завизжали алхимички, замерла я, не зная, что делать. У меня была лопата, но бить человека, с которого я сняла мешающие ему воротник и манжеты — это как-то нехорошо!

— Упокой его, — спокойно произнес Звояр, наконец оборачиваясь и впервые глядя на меня прямо. Впрочем, полы моей шляпы всё равно держали мое лицо в тени. — Неопытный некромант должен быть способен упокоить поднятого обычного мертвеца на одной силе, без знаний.

Потом он повернулся к остальным.

— Прекратите визгом пугать ворон, — потребовал он. — И займитесь своей практикой, вам всем еще предстоит ее сдать. Пробужденный мертвец не трогает никого, кроме того, кто взял у него что-то важное.

Звояру было невдомек, что мертвец вовсе не жаждал мне отомстить за украденное, а совсем наоборот! Да и мои защитные бусины неплохо прятали меня от умертвий.

Но на этом хорошее заканчивалось. Мертвец бесцельно слонялся по кладбищу, натыкаясь на надгробья, меня не видел, но и я его упокоить не могла. Я даже колыбельную спела про смерть, но и это ему не помогло. Пыталась я и схитрить, обсыпав его сонным порошком, но зевать начали только алхимички, попавшие краем из-за ветра под действие порошка. И только.

Наконец, Звояру это надоело, и он упокоил беднягу сам, а мне пришлось перетаскивать его с места, где его упокоили, обратно в могилу. А потом еще и закапывать.