Стенаниями проблему не решишь, да и руганью тоже. Правда, все свитки я сначала вскрывала. Вскрыла и этот, даже думала попробовать сварить это зелье, но количество ингредиентов и необходимость влить в него на предпоследнем этапе очень много силы, остановило меня.

Потом я мысленно попыталась перечислить в голове все ингредиенты. Но путалась. Память у меня не такая, чтобы помнить однажды прочитанное от и до.

— Где стоит катализатор? — я надеялась, что призраки тут не баклуши били, пока Клементина как могла пыталась перекрыть Звояру доступ к стратегически важным местам вроде подвала и кухни. Получалось плохо — уволить она его так и не сумела, хотя вписывала по очереди все известные нам его прегрешения.

— В башне, с которой, как оказалось, я не прыгала, — с готовностью сообщила мне Кайса. Я кивнула. Логично. Добраться туда непросто, а вот спускать катализатор к нужным местам проще, чем поднимать.

— Какого цвета отвар? — продолжала спрашивать я.

Клементина нахмурилась.

— Ты знаешь, что это за зелье? — уточнила она, хотя ее в общем-то никто и не просил заострять на этом внимание!

— Знаю, — нехотя ответила я. — Но не очень хорошо. А вот цвет готового и не готового — запомнила.

— Оно темно-синее, — Кайсе вот не было никакого дела до того, что я знаю, а что — нет. Наверное, потому что она была в курсе моих увлечений и проблем с аллергией. — Это плохо?

— Кому как, — я расслабилась и почувствовала, какие потные у меня руки. Меня тут сколько часов держат эти двое, чтобы общаться с призраками напрямую⁈ Совершенно никакого внимания к чужим потребностям! — Для Звояра не очень хорошо. Где он сам, кстати?

— Мы не можем его найти, — Клементина отпустила мою руку, спасибо ей за это большое, но теперь сверлила подозревающим взглядом. Можно подумать, сама белая и пушистая!

— Как? — поразилась я. — Он же мало того, что совершенно немаленького роста, так еще и светится!

— Тем не менее, мы правда не можем его найти, — признался ректор Грайд. — Возможно, он использовал еще какой-то неизвестный нам фокус.

— Скорее всего, он использовал святую невидимость, — удивил меня Бриен. Вот он отпускать мою руку не собирался, хоть Клементина и сверлила теперь уже его недовольным взглядом. Но я не обманывалась его поведением — он просто не хотел терять возможность слышать призраков. Очень его понимаю. — Советники короля такую используют, я слышал. Пока ты не замышляешь дурного против короля, тебя не видно. И пока ты не на кого не нападаешь. Это для того, чтобы советники не шныряли по королевскому дворцу и не раздражали своим видом королевских особ.