Бриен посмотрел на Даррена, а я, к своему внезапно проснувшемуся злорадству, обнаружила, что взгляд был вовсе не таким пылающим, как несколько минут назад, когда он отбивал от поползновений меня.

— Даррен? — и вопрос он задал тоже спокойно, вроде как «давай уточним, это ты слямзил печенье из буфета»?

Видимо, Даррен тоже почувствовал перемену настроения, поэтому с готовностью признался:

— Было дело. Но вот наивностью Клементины воспользовался кто-то до меня!

— Да как ты смеешь! — взвизгнула эта самая… Клементина, во. Она подхватила пышные юбки и бросилась к Даррену. Не знаю, что она собиралась делать, ведь держать юбки и бить лицо одновременно неудобно, а никакого оружия у девицы не было, но тут она с разбегу едва не врезалась в лежащую Констанс. Или Кристанс?

Впрочем, тётке уже всё равно, в отличие от истерички. Та заорала так, что я думала, на неё рухнет люстра, и мы разом лишимся обеих истеричек со странными именами. Но нет, она просто рухнула в обморок. Плюгавенького мужика рядом не оказалось, так что она упала просто на пол.

— Назову тебя Клёмой! — предложила я коту. Он открыл свой зелёный глаз и согласно фыркнул. Во второй глазнице у него глаза не было, но время от времени сверкала крошечная искорка. Такой классный! Мне бы сейчас с ним вернуться к нашей глуховатой старушке Ильинке и проверить, правда ли неживые котики ничего не едят, а их всё равно боятся мыши и крысы.

Вместо этого я накрепко застряла в этом доме, пока мы не найдём убийцу. Если не тётки, то хотя бы несостоявшегося убийцу Бриена. Я была уверена, что Даррену как истинному некроманту на смерть всяких посторонних дальних родственников плевать.

— Можно, кстати, убить всех, потом поднять и расспросить, — предложила я, продолжая чесать кота.

Я так и думала, что эта блондинка притворялась! Тихонько всхлипнув и, не открывая глаз, она прямо на спине очень технично проскользила в сторону камина и уже скрючилась за креслом.

Люблю эпатировать народ!

На самом деле некроманты людей не убивают. Могут, чисто теоретически, но крайне избегают этого. А я мечтала стать именно некромантом. И мой дар слышать то, чего желают люди, похороненные и скрытые землёй? Разве он не даёт самое хорошее представление о моём мягком сердце и широкой душе?

Но вот сказать что-нибудь такое, чтобы мороз по коже — это я умела. Люди, которые принимали это за чистую монету, просто отваливались сразу. Поэтому компания у меня в университете была маленькая, однако крепкая.

— Ты на самом деле так не думаешь, — немного неуверенно произнёс Бриен, но посмотрел почему-то не на меня, а на Даррена.