Он вновь потянулся к «Русскому медицинскому словарю» конца XIX века. Перевернул страницы — «огнестрельные раны», «огневое действие», «огневое зелье»… Но ни слова про болезнь. В «Справочнике земского врача» нашлось много чего о холере, тифе, чуме, о сибирской язве — но «огневицы» там не было.

Иван Павлович листал книгу за книгой. Старый «Краткий медицинский лексикон», пожелтевший «Настольный врач для семейного употребления», несколько номеров «Врачебной газеты» десятилетней давности. Всё тщетно.

Может, эта та же выдумка, что была у местных с живицей и скверной? Или нет?

«Огневица… Может, старинное название какой-то лихорадки? — задумался он. — Жар, огонь… может быть, сыпной тиф? Или горячка болотная, малярия? А может, чума?»

Много всего можно отнести к этому корню — если полагать что он связан с повышенной температурой.

Доктор поднялся, прошелся по тесной комнате, чувствуя, как беспокойство нарастает.

Иван Павлович снова взял листик. Неровные буквы дрожали в отблесках лампы.

— От болезни лютоя… смертная… — медленно произнес он. — Выходит, не просто суеверие. Значит, знали, что опасно.

Он снова сел за стол, схватил карандаш и на клочке бумаги начал выписывать варианты:

«огневица = лихорадка»

«огневица = горячка»

«огневица = язва?»

Но каждая из версий казалась ему шаткой. Если бы речь шла о тифе — местные священники и крестьяне называли бы его иначе. Если о чуме — уж точно бы остались в памяти слова о «чумном кладбище».

Он вспомнил, как старики в деревнях говорили про «огневицу» — детскую болезнь, будто бы от сглаза, с жаром и сыпью. Но в старинных книгах это порой соседствовало с описанием скарлатины или кори. И всё же — табличка явно предупреждала о смертельной опасности.

— «Не касайся земли сей…» — повторил он и ощутил холодок по коже. — Болезнь, под которую отдельное кладбище…

Его размышления прервал стук в дверь.

— Аглая! Иван Павлович! Вы тута?

— Кто там? — Аглая уже шла к двери.

— Я, Егор Кузьмич… — послышался сиплый голос за дверью. — Я бы не беспокоил вас, да жена…

Аглая открыла дверь.

— Что случилось?

— Да тут… да ерунда… Аглая, ты мне бумажку напиши пожалуйста, что все хорошо? А то жена послала, беспокоится. А я говорю чего беспокоится? Все нормально. А она…

— Егор Кузьмич, что случилось? — вышел Иван Павлович.

Сразу же отметил некоторую бледность лица рыбака.

— Да вот… — старик протянул руку, и доктор заметил, как на тыльной стороне ладони темнел странный след. Красное пятно с пузырьком посередине, будто ожог, но вокруг кожа отекла, словно распухла. — Сегодня с утра заметил, думал, царапина да пустяк. А нынче зудит, горит, будто уголь под кожей.