— Потому что если я останусь, то буду биться до конца. Но я не потащу за собой тех, кто в это не верит.

Рома тоже вышел послушать собрание, оперся спиной на стену, скрестив руки. Он понимал, что я делаю.

— Ну? — спросил я. — Вы со мной или нет?

Тишина длилась несколько секунд. Потом кто-то кашлянул, другой мотнул головой.

— А ты сам серьёзно? — спросил Андреич.

— Серьёзнее некуда.

— Если уйдёшь… Тут же снова бардак начнётся?

— Гарантирую. Ещё похлеще, чем был.

Фрезеровщик Андрей подошёл первым, протянул руку.

— Я с тобой.

Следом шагнул другой.

— И я.

— И я, — послышались голоса из толпы.

Вскоре весь цех гудел. Я увидел в глазах рабочих не страх, а решимость. Люди, наконец, поняли: если они не встанут рядом, их просто раздавят.

Рома усмехнулся.

— Ну, теперь у нас команда.

— Ага, — я сжал его плечо. — Теперь работаем.

Следующие часы прошли в приведении всех дел в полную боевую готовность. Мы разбили задачи: кто-то проверял документы, кто-то приводил в порядок цех. Убирали всё лишнее, вносили корректировки, всё и на бумаге, и на деле должно было выглядеть максимально аккуратно.

Я осмотрелся. Мужики работали слаженно, даже без привычного нытья. Обычная, рабочая атмосфера.

— Знаешь, а я думал, что тебе не поверят, — сказал Рома.

Я посмотрел на него.

— Я тоже думал.

— Но поверили.

— Потому что я не оставил им выбора.

Он усмехнулся, кивнул.

— Тогда пошли проверять архив. Теперь назад дороги нет.

Теперь мы действительно стали одной командой.

Работа началась с полного пересмотра всей документации. Мы с Ромой уселись в комнате мастеров за столами, обложившись папками, журналами учёта, бухгалтерскими отчётами и графиками. Свет ламп резал глаза, а из коридора доносились приглушённые разговоры рабочих, свидетельствуя, что они заканчивали уборку и подготовку цеха.

— Давай сначала с накладными разберёмся, — предложил Рома, потирая лицо.

— Согласен. Сначала смотрим поступление, потом списание, потом отчёты по браку.

Мы взялись за бумаги. Сначала шли стандартные накладные: приход, расход, сверка с внутренним учётом склада. Всё чисто. Но уже через полчаса мы наткнулись на первую несостыковку.

— Стой-стой, подожди, — пробормотал Рома, пробегая взглядом по цифрам. — Тут материалы на замену деталей должны были прийти в конце месяца, а стоит дата за две недели до того.

Я хмуро посмотрел на документ.

— Это значит, что бумага могла быть оформлена задним числом, чтобы списать что-то заранее.

— Списать, но не получить.

Рома откинулся назад, постукивая карандашом по столу.

— Слушай, но если это так, то куда делись материалы?