Ясно. Ситуация была, конечно, абсурдная. Следовательница, работая в органах, никак не могла себя защитить законными способами. Весь фарс в том, что её бывшим муженёк нисколечко не преувеличивал — у него действительно было полное право катать жалобы во все возможные инстанции. Конечно, никого не уволят и даже выговор объявят, но посвятить ближайшее время объяснительным и отпискам милицейским бы пришлось. А им не бумаги надо из стопки в стопку перекладывать, а преступников ловить.

Впрочем, для подобных ситуаций как раз существовали иные методы воздействия на непонятливых людей. Раз такие дела, я был не прочь ещё раз поговорить с её бывшим с глазу на глаз и без всяких протоколов. Жалобу на меня, в отличие от работников милиции он не напишет, так что пусть пеняет только на себя.

— Так она сама ещё здесь? — я кивнул на окна кабинета следовательницы.

— Здесь, она после прошлой недели регулярных дежурств муженька теперь с утра до вечера сидит на работе, иногда даже ночует, — хмыкнув с досадой, пояснил сержант.

— Я зайду к ней?

— Заходи, конечно, но я тебе всё-таки рекомендую цветочками разжиться, — подмигнул, потушил второй окурок и открыл дверь отдела, впуская меня внутрь.

С цветами я решил повременить, хотя за совет сержанту сказал спасибо. Я зашёл в отдел, прошел в кабинет следовательницы и тихонько постучал в дверь.

— Маш, это Егор, — на всякий случай сказал я.

Когда никто не ответил, я зашёл без разрешения. Дверь едва слышно скрипнула, и я, пройдя в кабинет, огляделся. Следовательница была на месте, вот только, сложив руки на столешнице, она спала. На столе лежала целая куча бумаг. Так бывает, когда хочешь чего-то отвлечься — уходишь с головой в другое дело. Маша спасалась в работе, расставание с бывшим мужем проходило для неё крайне тяжело.

— Маш, — тихо позвал я, чтобы не напугать девчонку.

Она всё равно вздрогнула, подняла голову и спросонья вопросительно посмотрела на меня.

— А, это ты, Егор, я разве тебя вызывала? — спросила она.

— Не вызывала, сам пришел.

Я подошел к ее столу и сел на стул.

— Зачем? — следовательница подавила вырвавшийся зевок.

Выглядела Маша уставшей, как будто не спала ночь. Ничуть не удивительно, возможно, всё так и было. Аккуратно сложив стопки хаотично разбросанных бумаг, я внимательно на неё посмотрел.

— Затем, Маша, что это ненормально, что ты, вместо того чтобы отдыхать, к подружке сходить или прогуляться, сидишь в кабинете, — с расстановкой проговорил я.

— Ну это моё дело, правда? — тихо сказала она. — У меня действительно много работы, и я не всегда успеваю ее сделать, поэтому приходится задерживаться.