— Тебя Курочкина разве не вызывала? — раздраженно буркнул он.

— Нет, а должна была?

— Должна, не должна… — он смирился с тем, что убрать чай с белой рубашки просто так не выйдет, и вздохнул. — Эх, только постирал и погладил! Хрена ты ко мне прикопался, Егор.

— Пока пятно свежее, замочи в холодной воде с мылом на полчаса. А если ещё уксус с содой добавишь, то будет как новенькая, — посоветовал я капитану.

— Спасибо… блин, надо же было так вляпаться, а?

— На здоровье.

Я не стал слушать причитания, который лились из капитана, как из рога изобилия. Поднялся в кабинет к начальнику, постучал в дверь и, услышав зычное «заходите!», ступил в кабинет.

— Мне начальник сказал, что вы позвонили и просили меня в отдел заглянуть? — сказал я.

— Звонил, было дело, молодец, что пришел! Присаживайся, — он показал мне на стул около своего стола.

Сам полез в шкаф и достал с полки грамоту. Повертел ее в руках с таким видом, как будто видит её в первый раз и, густо покашляв в кулак, заговорил.

— Я сначала хотел этого вашего фотографа позвать, как его там, из головы вылетело, — милиционер защелкал пальцами, пытаясь припомнить имя. — Что-то ещё такое — цветочное. Тюльпанович…

— Лютикович, Вениамин, — догадался я.

— Вот да, тьфу ты — говорю же, что что-то цветочное! у нас же в штате своего фотографа нет, когда снимать что-то надо, постоянно приходится изгаляться. А с этим Лютиковичем, вроде как, договорились, он согласился, а часа два назад звонит и говорит, что у него давление поднялось! — в сердцах пожаловался начальник. — Я же хотел, чтобы все более или менее торжественно произошло, с цветами. Чтобы в газете общезаводской о тебе репортаж сделали. Потом то одно, то другое — завертелся, закрутился, и из головы все вылетело. Даже торжественную речь не подготовил!

Он вздохнул, снова повертел в руках грамоту.

— Да ладно, не получилось, так не получилось. Без торжества будет даже лучше, — приободрил я его.

Милиционер, услышав из моих уст, что для меня торжественная обстановка не имеет особого значения, взбодрился. Мне действительно было лучше по-простому, не любитель я этих празднеств. Дела предпочитаю делать молча и без лишней шумихи.

— Мы девчонкам оставим все эти прибамбасы с цветами, да, Егор? Я же ещё и грамоты подобные отродясь не вручал, повода как-то не было! Но всё когда-то происходит первый раз.

Начальник поднялся, весь подобрался, надел пиджак и даже фуражку. Взял грамоту и с важным видом протянул её мне.

— Ну что, Егор, мною лично было принято решение выделить тебя за помощь нашей советской милиции. Ты действовал самоотверженно и доблестно выполнял свой гражданский долг. Поздравляю тебя от всей души! — выдал он поздравительную речь.