— Обязательно, — согласился я. — Осторожность никогда не повредит. А если у меня вопросы возникнут? Ну, по пунктам твоего плана.

— Если будет что-то непонятно, то позвонишь… — электрик осекся, по новой принялся тереть пятерней лоб.

— Понял, принял, звонить не надо — мало ли, нас КГБ будет прослушивать, — пошутил я.

— Да-да, — очень серьёзно закивал Гена, — если у тебя вопросы возникнут, то лучше приходи, обсудим с глазу на глаз.

Потом вздохнул, покачал головой, посмотрел на меня внимательно и добавил:

— Вот ты смеешься, а я к этому серьезно отношусь, что и тебе рекомендую. Мы, сынок, сошки мелкие, как там и что происходит — никто не знает, ни ты, ни я.

Никак не привыкну, что все меня считают младшим, тем, кого ещё повоспитывать не грех. Я, сделав серьёзное лицо, заверил, что всё понял, и мы вернулись обратно к остановке, где меня окликнул один из работяг, вышедший из ворот цеха.

— Эй, Егор, мужики тебя уже ждут! Чего ты собрание собрал, а сам не пойми где шляешься?

— Иду! — я махнул в его сторону рукой. — Подождёте, не обломитесь.

Я попрощался с электриком, ещё раз заверив, что после работы внимательно изучу его план. Для пущей убедительности добавил, что закроюсь по такому случаю в ванной комнате и включу проточную воду.

— Это что у нас теперь, традиция такая — ежедневные планерки? — шутканул рабочий, когда я подошел к воротам корпуса. — Мы уже обсуждаем, может, на такие встречи горькую прихватить?

— Это производственная необходимость, если понадобится, мы хоть каждый час собираться будем, — ответил я. —. А насчет горькой, за забором — сколько влезет, но не на участке.

Я хорошо знаю, что с рабочими следует сохранять дистанцию и, когда надо — осаживать. Иначе быстро смекнут, что мастер такой весь мягкий, и попытаются на голову сесть. Ровно так, как в первый день вели себя с Романом мастера и замы.

— Да пошутил я, чего ты сразу ворчишь! — тот поднял руки, мол, каюсь. — На праздники тоже нельзя?

— Чисто символически, уж точно не так, чтобы потом станок в глазах двоился.

— Обижаешь! Мы меру хорошо знаем.

— Ты лучше скажи, все собрались в мастерской?

— Говорю же — все тебя ждут!

Так и поговорили, а вернувшись в цех, зашли в комнату мастеров, где действительно собрались все рабочие с моего участка.

— Так, — начал я собрание и сразу перешёл к делу. — Разговор будет непростой, но я сразу попрошу не перебивать. Если появятся какие вопросы, задавайте, когда закончу, ни один вопрос не останется неотвеченным. Договорились?

Почти все промолчали, но кое-кто заверил, что перебивать не будут. Вот и хорошо, что меня услышали, не хотелось превращать собрание в балаган, что произошло в кабинете у начальника. Но скептические приговорки все же не заставили себя долго ждать.