Кожа под синим лаком 1
Страница 3 из 4
Настройки чтения
18px
1.8
1

Кожа под синим лаком 1

Страница 3

Я стою посреди кабинета с папкой в руках. Пульс стучит в висках, в горле, между ног. Не знаю, что ответить. Не знаю, хочу ли завтра. Знаю только, что сейчас уйти — значит врать себе всю дорогу до метро.

— Спокойной ночи, — получается тихо, почти детски.

— Спокойной, Сомова, — говорит Марк.

Илья из двери, уже мягче:

— До завтра, Аня. Поспи. Завтра будет труднее притворяться, что ты просто носишь папки.

Молчу.

Ноги не держат. Я всё равно стою ещё секунду — и только потом иду к двери, чувствуя на спине два взгляда, как ладони.

Кожа под синим лаком 1

Я стою посреди кабинета. Папка тяжелеет в руках, края впиваются в ладони под синим лаком. Марк уже за столом, будто ничего не было: плечи ровные, щетина бросает тень на воротник. Илья всё ещё в дверях, плечо в косяке. Никто не смотрит на меня. Воздух остыл так быстро, что по коже идут мурашки.

— Завтра, — повторяет Марк, не поднимая глаз. — То же время.

— Я поняла.

Голос тонкий. Хочется добавить «Марк Викторович», привычное, безопасное. Не добавляю. После «ты наша» это звучало бы фальшиво.

Илья чуть склоняет голову.

— До дома дойдёшь?

— Дойду.

— Если колени подведут в лифте — сядь. Не геройствуй.

Я киваю. Прохожу мимо него. Цитрус ударяет в нос, резкий, как щипок. Он не шевелится, но взгляд цепляется за спину, скользит к юбке, к коленям, которые я едва держу прямыми.

В лифте я смотрю на своё отражение и не узнаю рот. Слишком открытый. Слишком красный. Папка в руках — единственное доказательство, что я здесь работала, а не стояла между ними, пока тело само всё решало.

Утро. Стол между двумя дверями: одна — в кабинет Марка, другая — в коридор, откуда выходит Илья. Узкий, металлический, царапина справа. Я сажусь. Каблуки стучат о плитку слишком громко для пустого офиса.

Юбка та же, что вчера, только выстиранная. Блузку гладила три раза, хотя шёлк не мнётся. Руки помнят утюг. Запястье помнит палец. Шея помнит дыхание. Я смотрю на синий лак и думаю: если смотреть на ногти, никто не заметит, что я почти не спала.

Кофе Марку — чёрный, без сахара, горький, тяжёлый. Илье — американо с лимоном. Странная привычка, я её уже выучила, как пароль от принтера. Стою с двумя чашками и жду, кто выйдет первым. Сердце стучит глупо, по-утреннему, будто снова собеседование.

Дверь Марка открывается без стука. Он проходит так близко, что рукав пиджака задевает грудь. Миг. Ткань по шёлку, по кружеву, по соскам. Они встают сразу, резко, будто это были пальцы, а не рукав. Я сжимаю бёдра. Бельё уже не сухое. Это случилось раньше мысли.

— Да, Марк Викторович, — говорю я, хотя он ничего не спрашивал.

назадназад
1 2 3 4
впередвперед