— Контролёр изломов. Старший Контролёр изломов.

— Что входит в твои обязанности? — продолжал при нас шефский разнос Долгоруков.

— Контролировать и регистрировать силу и площадь изломов, стаи монстров, отмечать регионы с активными изломами, регулировать направления разведотрядов, собирать и анализировать информацию от разведгрупп… — перечислял Пахомов.

— Комариное нашествие из болотного тухлоизлома пропустил?

— Пропустил, ваше сиятельство, — понуро опустил голову Пахомов.

— Краснолесский излом тоже пропустил…

— Как Краснолесский? А что с ним? Ещё одно нашествие? Поднять тревогу? Хотя нет, там же вояк целая дивизия выдвинулась…

— Вот. Соображаешь. Но за то, что не ты, а вольный ликвидатор Морозов и наш турист ярл…

Мэр сделал паузу, явно забыв моё имя, и я поспешил напомнить:

— Краст.

— И ярл Краст делают твою работу, сообщая мне о его исчезновении… Это уже звоночек. Тревожный звоночек для тебя. Слышишь, Пахомов?

— Слышу, ваше сиятельство! Разрешите собрать разведгруппу и выдвинуться для подтверждения информации?

— Разрешаю. И возьми с собой «пробойник связи». Соединишь меня с командующим спецоперацией на обратном пути. Он где-то в тех краях как раз должен быть.

— Есть!

Пахомов напоследок посмотрел на нас с Михаилом и бегом выбежал из кабинета, стремясь исполнить свою работу как можно скорее.

Не хотелось подставлять его, конечно… Но тут уж как Долгоруков захотел, так эту информацию и использовал. На всё была его воля.

Мы допили чай, спешно собрались и оставили мэра наедине с многочисленными делами Горлика.

Мы сели в машину, и я облегчённо вздохнул, ничего не подозревая о том, к каким последствиям приведёт меня раскрытие информации об изломе городскому главе…

Вечером того же дня. Кабинет мэра.

Долгоруков Евгений Семёнович расхаживал по кабинету, ожидая звонка от разведгруппы.

Уже стемнело, домой ушла его секретарша. Отпросилась пораньше, хотя обычно уходила после своего непосредственного начальника. Это был один из маленьких, но крайне многочисленных её плюсиков, за которые граф её и любил. Как сотрудницу, само собой. Законы рода не позволяли ему вступать в близкую связь с простолюдинками. А Ниночка его была именно что выходцем из простого народа, но как человек и сотрудник менее ценной она от этого не была.

Граф немного грустил, жалея, что отпустил её пораньше. Ему захотелось выпить кофе, и ему теперь придётся самостоятельно разбираться в этой технике, с которой он далеко не на «ты»…

Не отпустить её он не мог. Завтра у его секретарши день рождения, и она, как и во все предыдущие года, принесёт на работу огромный и невероятно вкусный торт. А его ещё нужно приготовить.