Всё это, конечно, преследовало терапевтическую цель. Дать матери спасательный круг. Пусть игрушечный, придуманный, призрачный. Собственно, настоящий ей и не был нужен: она всегда выплывала сама, ещё и близких на плече вытаскивала. Но... Вы когда-нибудь учились ездить на велосипеде? Намного легче держать равновесие, пока думаешь, что отец бежит сзади и поддерживает седло.

  Подарок, естественно, нужно готовить втайне от одаряемого. Поэтому я делала Яшу на работе, в обеденных перерывах.

  Тогда у меня была одна из лучших начальниц за всю мою жизнь. Заполошный трудоголик, сама костьми ложилась на алтарь производства кормовых дрожжей и подчинённых на него кидала бестрепетной рукой, ибо не фиг: на работе надо работать! Человек безупречной порядочности, с тяжёлым и вздорным характером. К тому времени мы проработали вместе уже четыре года, она была абсолютно во мне уверена и мужественно терпела, что я неслышно двигаюсь (я честно старалась топать, входя в лабораторию), ношу немодные длинные юбки годе и не ношу подплечников (это вам не что-либо как, это пощёчина общественному вкусу), не рвусь замуж, неправильно держу пипетку и курю. Писанины моей она демонстративно не замечала, поняв, видно, что с этим бороться бесполезно. И Яшей прониклась.

  Говорят, мохнатый домовой обеспечивает дому достаток и благополучие. Чем домовушек пушистее, тем достатка больше. Поэтому я уж расстаралась – меха на Яше хватило бы на солидную ренту. Голову, ладошки и подошвы связала. Лицо изваяла любимым японским методом: давим ком глины кулаком, поливаем глазурью, обжигаем и с интересом смотрим, что получилось. Шевелюру и бороду сделала из белоснежной косматой овчины. Лариса Егоровна посматривала искоса. Потом стала ходить мимо моего стола туда-сюда, вроде как чашку искала. Потом попросила готовую голову – посмотреть. Извольте. Тулово я сшила из кусков белой же кроличьей шапки. Целиком, вместе с вязаными подушечками лапок. Собирала изнанкой наружу. Лариса Егоровна, баюкая желтоглазую курносую голову, нервно топталась рядом:

  – И как вы его будете выворачивать? Слишком много меха. Вы его не вывернете. Ну что вы делаете, такой труд пойдёт насмарку...

  Да, выворачивать пришлось долго, медленно и осторожно, по частям, при помощи карандаша. Когда я встряхнула пушистое тельце, начальница шумно выдохнула и накапала себе корвалолу.

  – А дальше? – говорит. – Как вы собираетесь голову прикреплять?

  Я говорю:

  – Это ещё не скоро. Сначала вставлю каркас, вот, уже готовый, и набью тулово шерстью. Завтра.