Затем Паблито притащил бутылку вискаря, предложил помянуть. Разлили по пластиковым стаканчикам, выпили. Мария занималась детьми, Хосе и Алехандро пошли на берег купаться, Дрика легла спать в трейлере. Рентген обнаружил у нее трещины в двух ребрах, и к вечеру боль усилилась, поэтому она решила отдохнуть, наглотавшись анальгетиков. А мы остались за столом мужской компанией.

— Когда ты собираешься уезжать? — спросил Майк.

— Недели через две, — ответил я. — Когда ходить смогу более или менее нормально.

— А две недели хватит?

— Так доктор сказал, — пожал я плечами. — Должно хватить.

— Дрика едет?

Ага, вот он о чем. Ну, это я заметил: Майк к ней не совсем ровно дышит. А она к нему? Не знаю, на мой не слишком внимательный взгляд — как и ко всем остальным, не больше и не меньше.

— Едет вроде бы. По крайней мере, собиралась. А что?

— Опасно, — сказал он после короткой паузы. — Мир развалился, а те люди, что остались, будут делиться на выживающих любыми средствами и просто любителей этих самых «любых средств».

— И?..

— Путешествовать с молодой красивой блондинкой будет опасно.

Об этом я думал, хоть красивой в прямом смысле этого слова ее не считаю: у меня критерии отличаются от американской провинции. Но симпатичная, в качестве чьей-то добычи вдвойне привлекательна. Но есть и другой момент.

— Это ее желание, если быть честным, — сказал я в ответ. — Я ни на чем не настаиваю.

— Я знаю, — осторожно ответил Майк. — Но ты взрослый и разумный человек — мог бы просто намекнуть ей, что такая дорога не для нее.

— Намекнуть мог бы, — согласился я. — Но не факт, что она этот намек поймет, а если поймет, то последует совету. И я, собственно говоря, заинтересован в ее присутствии.

— Этого я не заметил, — усмехнулся он. — Ты на нее как на стену смотришь.

— Не совсем так, — возразил я. — Я смотрю на нее как на человека, который способен подержать руль, например, перевязать, поддержать огнем, как вчера. Если бы она не выстрелила, то меня бы просто убили. Одному трудно ехать, и не думаю, что кто-то из вас согласился бы отправиться со мной в роли напарника. Верно?

Он помялся, но кивнул:

— Верно. Я твою позицию понимаю.

— Я вот что обещаю сделать… — посмотрел я ему в глаза. — Я с ней поговорю. Серьезно. Объясню, что нас может ждать по пути. Объясню, что здесь она уж наверняка выживет, а в пути никто ничего не гарантирует. И дальше пусть решает сама. Это предел того, что я могу сделать.

— Этого достаточно, — ответил Майк. — Кстати, завтра с утра в мэрии нас распределят по работам. Пока ты был у врача, подходила женщина оттуда.