Что меня расстраивало помимо незавидного положения, так это то, что наемники не слишком много болтали. А я не имел ни малейшего представления о мире и местности, в которой оказался. Почему тут так безлюдно? Что за разведчики Аллана, которых упомянули наемники в день нашей встречи? Что за маги такие живут в местных деревнях, которым вот так запросто залетный отряд наемников может продать человека? Где ближайшие населенные пункты, и что там ждет человека, который вообще не ориентируется в этом мире? И самое главное — как я понимаю язык этих людей?

Мне до сих пор казалось, что мы говорим на русском, но умом я понимал, что это бред — да и замечание Черного Пса напрямую говорило об этом. Почему-то этот вопрос казался мне очень важным, хотя надо признать — в настоящее время были проблемы и посерьезнее.

Но, как бы странно это ни звучало, в моем положении были и плюсы. Во-первых — у меня появилась одежда. По крайней мере — штаны и обувь. Правда, листы тонкой кожи, которые мне дали наемники (когда я обессилено рухнул на землю после первого дневного перехода, изучая сбитые в кровь ноги) можно было назвать разве что «портянками». Но всё равно, это было лучше, чем ходить босиком. Обмотав ими ноги и перетянув несколькими веревками, я вздохнул с облегчение. Штаны удалось отстирать от грязи в первом попавшемся нам ручье — там же я и напился, в первый раз с тех пор как оказался здесь. К сожалению о том, что такое «трусы» здесь, кажется — не слышали. Это я понял, увидев наемников, когда те начали плескаться в ручье. Интересно, а им такая грубая одежда причинные места не натирает?

Во-вторых — теперь мне не приходилось беспокоиться о том, что я буду есть. Каким бы дерьмом меня не кормили наемники — это была еда. Черствый хлеб, лук, заплесневелый сыр, жесткое, будто резина, вяленое мясо — вот из чего состоял мой рацион. Как только я получал порцию того, что сами наемники есть отказывались (предпочитая свежую дичь, которую регулярно приносили охотники), то накидывался на нее с невероятным воодушевлением. Но запах жареного мяса, каждый день готовящегося на костре, сводил меня с ума. Но просить его я не рисковал, боясь получить очередной удар в лицо. Да и вообще — меньше всего мне хотелось привлекать к себе внимание наемников. Признаюсь честно — я до одури боялся того, что они могут со мной сделать.

На третий день путешествия я начал понимать, что никто за мной толком и не приглядывает. По-всей видимости, связанных рук и моей немощности ребята считали достаточным, чтобы не переживать о побеге. А вот я раздумывал над этим постоянно. Сложность заключалась в том, что я не имел ни малейшей уверенности, что мне удастся сбежать от опытных наемников, даже если у меня будут развязаны руки. Честно говоря, это мало на что влияло — ноги то у меня были свободны во время каждого привала, но что с того?