Мы поспешили по коридорам больнице, избегая окон. Я старался не стонать слишком громко, но каждый шаг отдавался болью в поврежденном легком. Уж не знаю, как Роделла (лучший Целитель Риноры!) и местные коновалы меня лечили, но засунув руку под рубашку, я нащупал что-то липкое и мокрое. Блядство, швы разошлись!
Пока мы продвигались к выходу, в больнице поднялся шум. В коридорах появились люди — пациенты, врачи и их помощники. Кто-то был в одной ночнушке, кто-то — полностью одет. Используя сложившуюся панику, мы старались как можно меньше светиться, но несколько раз Сейвалу пришлось продемонстрировать заряженный арбалет особо ретивым санитарам, пытающимся нас остановить. Работало это безотказно.
В конце концов мы добрались до одного из выходов, который вел в небольшой парк. Открыв дверь, Сейвал подождал пару секунд, и выскочил наружу. Ничего. Через пару мгновений также поступил и Финвал, оставив меня в гордом одиночестве. Я ждал их не больше полуминуты — как только они проверили окрестности, телохранители сразу же вернулись.
Вот только, как выяснилось, проверили они их на редкость хреново. Мы продвигались к калитке, ведущей на одну из боковых улочек, и уже почти добрались до нее, когда я услышал свист арбалетного болта в ночи. Глухой удар — и Сейвал, нелепо взмахнув руками, падает вперед лицом. Еще секунда — и второй болт попадает прямо в грудь Финвалу.
Стрелки появились с двух сторон, одновременно. Они не торопясь перезаряжали оружие, используя какой-то неизвестный мне механизм — гораздо меньше и удобнее, чем «козья нога». Закончив, они кивнули мне, словно старому знакомому и, прицелившись, одновременно нажали на спуск.
Вы слышали выражение: «вся жизнь проносится перед глазами»? Я сполна почувствовал его в этот момент. Словно в замедленной съёмке арбалетные болты летели ко мне. Будто утонув в патоке, я попытался упасть на землю. Но все это происходило так медленно…
Сквозь вязкий гул, поглотивший весь мой слух, я услышал кашляющий смех, и попытался обернуться, но ничего не получилось. А в следующее мгновение все пространство вокруг поглотила слепящая вспышка света.
Глава 21
Вся магия, какую я видел, меркла, в сравнении с тем, что происходило сейчас. Реальность будто распалась на миллиарды сегментов самой разной формы. Ночь перестала быть ночью, арбалетчики, больничный сад, калитка и все, что было вокруг, раскололось на миллиарды частиц. Я будто завис в неизвестности, даже не имея возможности пошевелиться. Ощущение времени исчезло. Трудно было сказать, как долго пришлось находиться в этом «нигде» — год, месяц, день, или секунду?