— Да.

— Есть вопросы?

— Пожрать бы мне, господин Черный Пёс, — вздохнул я, — и портки какие-нибудь.

Главарь наемников заржал и отошел к своим людям, ничего мне не ответив. Через некоторое время ко мне подошел Бассет и кинул на землю изгвазданные чем-то штаны. На них же он бросил черствую корку хлеба и нечто, напоминающее луковицу.

— Помочь одеться, красавица? — ухмыльнулся он, наблюдая за моими потугами натянуть штаны со связанными руками.

— Сам справлюсь, — процедил я, стараясь не обращать внимания на провокацию.

— Ну-ну, — покачал головой лучник, — Если что — зови, красавица.

Я скрипнул зубами, но ничего не ответил. Мое положение и так висело на волоске, незачем было усугублять его, препираясь с тем, кто может… Ладно, об этом лучше не думать. Надо срочно прикинуть, как поскорее покинуть эту «гостеприимную» компанию.

* * *

Следующие пару дней я запомнил навсегда. Столько унижений, лишений и злости я не испытывал и за всю свою прошлую жизнь. Настоящй концентрат дерьмища, чтоб его…

Отряд Черного Пса свернул лагерь на следующее утро. Меня разбудил Бассет, бесцеремонно пнув по ногам несколько раз. Кажется, ему понравилось меня бить — еще накануне он не преминул несколько раз наградить меня тумаками. Вот и сейчас лучник стоял надо мной, ожидая, что я что-нибудь скажу и в надежде добавить пинка.

Тупой выродок… Что я буду делать, если он сунется ко мне — даже не представляю. Прекрасно понимаю, что не смог бы заломать опытного головореза даже с развязанными руками. А уж в своем нынешнем положении…

Впрочем, Черный Пёс, кажется, умел держать слово — краем уха я слышал его разговор с отрядом во время ужина. Он намекнул своим людям, что за меня может заплатить ближайший волшебник, а за порченую шкуру денег им достанется меньше. Все согласились с командиром, но от толчков, пинков и плевков это меня не спасло — во время нашего «путешествия» не проходило и часа, чтобы на меня не обратили внимания.

К несчастью, лошадей было ровно восемь — столько же, сколько наемников. И конечно, никто из них не собирался подвозить меня. Поэтому, недолго думая, мои короткие путы поменяли на длинную веревку, другой конец которой к луке седла привязал сам Черный Пёс. Поэтому я шагал за его конем быстрым шагом — прямо как собачонка. Только вот уверен — с собакой они бы не обращались так, как со мной. На мое счастье, галопом никто не скакал, предпочитая легкий шаг, иногда переходящий в рысцу. Вот тогда мне приходилось прилагать все силы, чтобы поспевать за кавалькадой. Впрочем, по всей видимости, ребята никуда не торопились, так что не скажу, что они меня загоняли до полусмерти.