– Касенька, девочка моя, как я рада, что ты все же приехала! Что же ты топчешься на пороге? Заходи скорее, замерзла ведь, наверное, – ухватила меня за руку и втянула в теплый дом матушка Филона.

– Простите, что не предупредила, – извинилась я, стряхивая с себя снег.

– Не говори глупостей, дитя мое, мы всегда тебя ждем, – засмеялась она, и нас с Храном утащили на кухню кормить, отпаивать горячим чаем и расспрашивать о новостях.

Я задала лишь один вопрос, повторяющийся из раза в раз, когда я возвращаюсь сюда:

– Меня искали? – Все внутри замерло в ожидании ответа.

– Нет, – покачала головой пожилая женщина, я с облегчением выдохнула.

Когда мы с Храном были накормлены, согреты и вполне довольны жизнью, я решила, что неплохо бы и делом заняться.

– Много? – Уточнять не нужно, матушка сама прекрасно знает, кого я имею в виду.

– Пятеро, – тяжело вздохнула она в ответ, – в том числе твоя подопечная.

– Вира? – вспомнила я маленькую худенькую девочку.

– Очень плохо спит. Ей снятся кошмары. Бывает, кричит так, что просыпается вся комната, – рассказывала матушка, в глазах которой билось нескончаемое сострадание к маленьким существам, кем-то брошенным на съедение жестокому миру.

– Ничего, скоро будет спать спокойно, – успокоила я добросердечную женщину, хотя сама понимала: это не последние дети с искалеченной судьбой и всем я помочь не смогу. Но облегчить хотя бы чью-то судьбу вполне способна. И этим я и собралась заняться, но поздним вечером, чтобы не волновать остальных воспитанников.

А пока нам с Храном предстояло устроиться в пустующей преподавательской комнате и заняться делами.

В приюте жизнь просто кипела. Там, где столько детей, всегда очень шумно и немного сумбурно, особенно перед праздником. И мы с Храном быстро влились в этот бурный поток жизни. Сначала помогали украшать комнаты, немного поиграли с детьми, а после я занялась своей прямой обязанностью целителя. Раз уж выпала такая возможность, грех не подлечить мелких! Несколько часов подряд я выцапывала сопливых, поцарапанных или простуженных и приводила в порядок. К счастью, за здоровьем подопечных хорошо следили, поэтому маленьких пациентов оказалось не так уж много. И потом до самого позднего вечера я, как могла, помогала настоятельнице и развлекала детишек. Умаялась с непривычки так, что готова была и сама отключиться после отбоя вместе с детьми. Но сначала меня ждало еще одно дело.

Тихо-тихо вдоль по длинному коридору, мимо старых деревянных дверей с облупившейся краской и еле видными надписями. За каждой из дверей – с десяток детских кроваток, где уже сладко сопят умаявшиеся за день малыши. Но пока мне нужна была только одна из них.