Нежели подумал, что меня так поразила столь жестокая смерть этого графа? Он слишком хорошо обо мне думает – единственное, что меня расстраивало, так это то, что мертвый он не может нам все рассказать. И тут же я вспомнила, с кем, собственно, разговариваю.

– А ты не можешь оживить его или вызвать душу, чтобы поговорить? – встрепенулась я, на мгновение поверив, что выход еще есть.

– Не в этом случае, к сожалению…

– Почему?

– Клятва. Редкостная гадость, старые, практически потерянные знания. Правда, недостаточно редкая, чтобы не иметься в личных архивах высших лордов, – поморщился мужчина. – На самом деле скорее проклятие, чем клятва. Нарушишь условие – умрешь.

– А нельзя сначала снять проклятие, а потом оживить? – допытывалась я.

– Его крайне сложно снять с живого, а с мертвого невозможно, матрица проклятия слишком плотно сливается с человеком. Нужно точно знать ее вид и место прикрепления к ауре. Да даже сделай мы это, все равно не помогло бы, – с досадой выдохнул он.

Допустим, я смогла бы увидеть эту матрицу, хотя с проклятиями никогда не работала и даже не видела, как они выглядят на энергетическом уровне. Но тогда пришлось бы раскрыть мои возможности… Впрочем, если это правда выведет нас на убийцу, я готова была поступиться этой тайной.

– Почему снятие проклятия все равно не поможет? – все же решила уточнить, прежде чем раскрывать свои секреты.

– Наш Кукловод не дурак, – скривился мужчина. – В проклятие не зря встроен именно такой способ убийства. Он откусил себе язык, а значит, и в посмертии останется с тем же увечьем. Даже если выдернуть его душу из Безмирья, он ничего нам не скажет.

– А написать? – хваталась я за любую возможность.

– Слишком сложно для умершего. Души и говорят-то не всегда понятно для живых людей. Смерть меняет слишком многое.

Значит, и правда все. И даже не пришлось раскрывать свою способность видеть магию. Хотя едва ли это могло меня порадовать, ведь этот провал – конец всем моим надеждам. Проверять архивы дальше просто нет смысла – Дамиан уже знал о татуировке со змеями. Если бы в городских архивах или даже Тайной канцелярии действительно таилась бы какая-то ниточка, связанная с этими наемниками, он бы уже за нее ухватился. И учиться, добиваясь доступа к секретным делам, тоже бесполезно – доступ выше начальника следственного управления я вряд ли когда-либо получу. И остается лишь один, последний шанс.

– И что теперь? Бал отменят? – подняла я на мужчину напряженный взгляд.

– Нет, – устало выдохнул он, опускаясь в соседнее кресло. – Бал нельзя отменить. Это не просто развлечение для высшего света, это политика, причем в большей степени внешняя, чем внутренняя. Отменить мероприятие подобного масштаба за пару дней до него – выказать явную слабость. А у империи достаточно тихих врагов, только и дожидающихся удобного момента напасть. Кроме того, замок уже полон прибывших заграничных гостей. А наш высший и без бала имеет постоянный доступ во дворец. Все они имеют.