Возможно, подобного не видел вообще никто на планете.

— Вижу, — совершенно спокойно ответил Романов. — Появились точные копии прошлых сильнейших магов Европы и устроили собственное побоище. Вас что‑то удивляет?

Пётр Дмитриевич явно насмехался над Бродским. Это он курирует детей с рождения, а Александр Михайлович встретился с ними относительно недавно. Но и он успел повидать многое, с чем школа справлялась собственными силами.

Так что уступать Романову здесь точно было нельзя.

— Удивляет, что Йозеф Мартинсен оказался таким сильным. Вроде он из четвёрки был самым слабым в физическом плане.

— Если бы это были настоящие столпы, то именно так всё и было.

— Медведев и его иллюзии, — понимающе произнёс Бродский. — А вы знали, что он способен их материализовать? Совсем недавно создал в школе четырёх фринов, материализовал их из батарей, окон и школьных стен. Пришлось в срочном порядке делать ремонт.

— Наслышан, — ответил Романов. — Я ещё тогда очень удивился, что преподаватели не разобрались с этими иллюзиями за пару мгновений. Сильно переоценил их возможности.

— Это вы просто сильно недооценили возможности Медведева. Даже мне пришлось вмешиваться, чтобы избежать жертв среди охраны. А Благословенный совсем не умеет сражаться честно. Разве можно хватать прямо за самое сокровенное?

Оба мужчины поморщились, когда увидели, благодаря какому приёму Благословенный вывел из строя Зелёного Патрика.

К последнему они прониклись небывалым сочувствием. Но самую малость.

Всё же Благословенный был своим, родным, а ирландец он и в Африке ирландец. Всегда нужно болеть за своих. Поддерживать патриотический дух и показывать пример остальным.

Особенно актуально это было для директора Новослободской школы магии.

Но Зелёный Патрик оказался не промах. Всё же не зря когда‑то был одним из сильнейших магов Европы.

Совершенно непонятно, откуда суровой зимой, посреди засеянного снегом льда, появились зелёные побеги, которые освободили Патрика. После чего окрестности огласил душераздирающий вопль Благословенного:

— Не‑е‑е‑ет!

— Ну это уже ни в какие ворота не лезет! Что себе позволяет этот ирландский лис? — возмутился Александр Михайлович, когда один из побегов забрался к Благословенному сзади в трусы. — Пётр Дмитриевич, вам не кажется, что нам пора вмешаться? Всё же не одни мы наблюдаем за этим удивительным и захватывающим представлением. Здесь есть другие дети.

Бродский уже было сорвался с места, но Романов слегка придержал его за плечо:

— Не стоит. Там и без нас найдётся кому заступиться за честь прошлого первого всадника.