— Есть ещё один фактор. Девушка его. Мы почему-то всё время её из рассмотрения выпускаем, а ведь он без неё точно не останется! Слышали бы вы, как она этого полковника из разведки тогда у медиков крыла — любо-дорого! У меня и раньше иногда возникало подозрение, что с ней тоже стоит поговорить, а вчера вечером она предъявила мне ультиматум.

— Вот прямо так?

— Да. Пусть не в лоб, но винит нас в происшествии тоже, требует для себя участия в делах, в будущем. В противном случае — обещает уехать, причём, понятно, вместе с Алексом, — директор скептически склонил голову. — Вы это зря, Анатолий Андреевич, он без неё точно не останется! С ней в любом случае придётся договариваться!

— Ну так и договаривайся, — испытующе глядя Сергею прямо в глаза, проговорил директор. — Кто у нас главный договариватель? Или ты не можешь придумать, что ей предложить?

— А не могу! — залихватски ответил Сергей. — Я Алексу-то не знаю, что обещать! Тут вот про премию поговорили — и чего? Я бы хоть примерную сумму обсудил! А то выпишут ему сейчас десять тыщ — и чего мы тогда мямлить будем? Что с квартирой? А если они дом захотят — строится же посёлок на той стороне, я точно знаю!

Директор начал было что-то говорить, но эмпат его перебил:

— Не-не-не, ещё и этим меня не грузите! У меня и так голова кругом! Я тоже не железный — на мне ещё все эти фсбшники висят, не забыли? Решите сами, и мне просто скажете потом. И не жмитесь! Да, кстати: до всей этой ерунды, Алекс договорился со Скипом на тренировки. По вечерам, с этим их спецназом.

— Да, я в курсе — Скип запросил моё согласие, я дал. Не надо было?

— Да нет, почему — вряд ли там может случиться что-то не то, а так, вообще — ещё один крючочек, привязывающий Алекса к нам… если всё будет хорошо.

— Если всё будет хорошо, — эхом отозвался директор.

Потапченко смотрел на Сергея в упор, немигающими чёрными глазами. Молча. Если бы эмпат не знал этого человека давно и хорошо, он, наверное, уже начал бы чувствовать себя не в своей тарелке. Со стороны могло показаться, что происходит тихая дуэль, и сейчас в ход пойдут кулаки! Ну, или, учитывая одарённость обоих визави, — лёд и пламя.

Но эмпат хорошо помнил, как этот сутуловатый дядечка, с залысинами, учёный вполне кабинетного вида, без размышлений влез в поножовщину с обдолбанными гопниками, заступившись за совершенно незнакомого парня. И только когда гопники были частью отпинаны, частью — бежали с позором, Сергей узнал, что есть такая штука — Дар. И он, Сергей, одарённый. И ему больше не нужно веселить придурков на свадьбах, что иногда заканчивается вот как-то так — печально. И есть работа — важная, интересная и хорошо оплачиваемая. А уж теперь, через год, еще и неизвестно, кто сильнее.Поэтому, Сергей своего старшего товарища не боялся. Но опасаться иногда приходилось, хоть, пожалуй, больше по старой памяти.