— Э–э–эмм–м–м… — Иван оторвал взгляд и покосился на деда.

— Не думаю, что определитель дара на международных соревнованиях был сломан, — произнес старичок.

— Мы тоже так считаем, — кивнул служащий департамента. — Поэтому, согласно законам нашей страны, ваш внук должен встать на учет как одаренный и пройти курс обязательного образования.

— Что за курс? — нахмурился Иван.

— Законы об ответственности, а также правах одаренных, — пояснил мужчина. — Обычно одаренные проходят его в возрасте пяти–шести лет. Мы понимаем, что вы случай уникальный, но закон есть закон.

— Для начала надо бы удостовериться, что это не ошибка и у вас есть дар, — произнес второй, молчавший до этого сотрудник департамента.

Евгений, смотревший на парня, заметил, что и дед и парень смотрят куда–то ему между ног. Мужчина опустил взгляд и заметил торчащий край какой–то ткани и кусочек меха.

В этот момент Фома случайно наступил на лежавший на полу пульт. Включился телевизор, как раз на новостном выпуске.

— … Это вопиющее преступление! Надо понимать, что кража символа чемпионата мира — это наглое, безответственное и совершенно неприемлемое преступление! Это плевок всему управлению полиции столицы! — вещал пузатый глава полиции города. — Украсть мантию чемпиона — это…

Фома тут же выключил телевизор.

— Это похоже на мантию чемпиона, — произнес представитель департамента.

Фома и Иван ответили одновременно:

— Это плед!

— Это штора!

Парень с дедом переглянулись.

— Л–а–а–адно, — кашлянул Евгений. — Тогда может быть послезавтра, в двенадцать вы, Хрусталев, придете на…

— А зачем тянуть? — тут же спохватился дед. — Может быть прямо сейчас?

Служащий департамента покосился на часы, где стрелки показывали половину двенадцатого ночи и неуверенно глянул на напарника.

— Я договорюсь, — кивнул он и достал телефон где принял строчить сообщение.

— Вот! — поднялся на ноги Фома. — Тебе полезно перед сном прогуляться, а я пока… Бутеров тебе сделаю!

Иван покосился на гостей, затем на деда и недовольно буркнул:

— Только без зефира!

— Привереда, — хмыкнул дед.

Служащие департамента поднялись на ноги.

— Тогда, Иван Сергеевич, прошу за нами. Время позднее, мы вернем вам домой.

— Спасибо, — буркнул парень и направился к двери.

Стоило гостям удалиться, дед залез под подушку и вытащил мантию. Встряхнув ее, он перевернул ее воротником вниз и произнес:

— Какой к черту плед, Ваня⁈ Это штора с подборкой!

Все же, дед не оставил меня одного и решил поехать с нами. Жаль, что доставка шаурмы пришлось отменить, но закон есть закон.

— А нормально, что мы приедем ночью? — спросил я у Евгения.