Я не был особо воодушевлен тем, что делаю, но с другой стороны… Как сказал деда, не все время сидеть дома и тухнуть. Ну и самое главное — три косаря — это три косаря!

Натянув кепку до самых глаз, и накинув капюшон посильнее, я подошел к дверям спортивного комплекса, где совсем недавно почти стал чемпионом. Моя задача была несложная, особенно зная, как охраняется этот комплекс.

Пара охранников, штатная сигнализация на входе, да и все. Логика была проста, ну кому понадобится в здравом уме проникать в бассейн ночью? Ту нечего было красть! Разве что только искупаться.

Но и у нас была немного другая задача.

Сейчас, я служил больше как приманка. Надо было просто не светить лицом и все. А бегаю я точно быстрее деда.

План бассейна мне был известен лучше чем собственная квартира. Каждый уголок и каждая дверь. Я знал где слепые зоны камер и как подобраться ближе к дверям, чтобы привлечь внимание охранников.

Перелезть через забор тоже не составило труда.

Когда же я подошел ближе к входной стеклянной двери, то увидел, как вдалеке уборщик катит тележку со швабрами. И у этого уборщика были слишком знакомые растрепанные седые волосы.

Я еще раз поправил кепку и капюшон. Взялся двумя руками за магнитные двери и со всей силы дернул. Магнит вырвало с легким треском. Дверь грустно скрипнула и ударилась о стену. Стекло треснуло и осыпалось на землю. Вот этого я, честно сказать, не ожидал.

Моментально завыла сирена, и в глубине помещения замаячили два фонаря.

— СТОЯТЬ ПАДЛА! — кричал слегка полноватый охранник.

— ТЫ ЧЕ ТВОРИШЬ! — второй был долговязым и лысым.

— На этом моя работа сделана! — я картинно махнул рукой на прощание, и со всех ног побежал к забору, делая вид, что спотыкаюсь и падаю. Надо было, чтобы охранники за мной немного побегали.

Трофейный зал.

Трофейный зал располагался в конце коридора за стеклянной дверью. Фома толкал тележку неторопливо, по–стариковски шаркая ногами.

Уборщик с тележкой был частью интерьера, таким же незаметным, как пожарный гидрант или табличка «Выход».

Зал оказался небольшим, но претенциозным. Вдоль стен тянулись витрины с кубками, медалями и выцветшими фотографиями. В центре на отдельном постаменте под стеклянным колпаком красовалась она: мантия чемпиона мира, которую он пожертвовал, так удачно выиграв, когда дисквалифицировали внука. Алый бархат, белый меховой ворот, пафос, да и только. Настоящее сокровище, для тех, кто посвятил спорту большую часть своей жизни.

Да, вместе с кольцом чемпиона шла и мантия. Вот только, в отличии от кольца, мантию не надеть на простую прогулку, слишком вычурно и нелепо.