Зачастую здесь обитали мертвецы.

Или духи, не пожелавшие отправляться на перерождение.

Мы ворвались в неуютный мирок твари на полной скорости и начали сносить выставленные блоки. Казалось, мы прорываемся сквозь кирпичные стены, рушим их, ныряем в проломы, двигаемся дальше…

И вот мы уже в подсознании монстра!

Не самое приятное зрелище.

Я с хомяком — посреди бескрайнего кладбища. В небе полная луна, на горизонте зубчатая кромка леса, всюду могильные плиты, испещрённые закорючками неведомого языка. А прямо перед нами высится готический особняк, постоянно меняющийся, достраивающий новые этажи, флигели и балконы. Деталей становится всё больше, а в окнах — непроглядный мрак.

Подозреваю, что особняк — комбинированный образ.

Я уже начал влиять на своего врага, и межпространство адаптируется под наше присутствие.

— И долго нам тут стоять? — возмутился Чу. — Он же восстанавливается!

— Не поспоришь, — хмыкнул я. — Ну, пойдём нагибать.

— Кого? — не понял фамильяр.

— Шестую колонну.

Мы двинулись вперёд.

С каждым шагом я тратил всё больше пси-энергии, превращая особняк в смертельно опасную ловушку. Я буду находиться внутри, исследовать комнаты и добывать таким образом нужные сведения. Тварь попытается меня убить. При этом она не сможет вырваться наружу, пока я этого не захочу. Как говорится, всё сложно.

Крыльцо за несколько секунд увеличило количество ступенек, вырастило козырёк, добавило две колонны… а потом преобразовало всё это в террасу на уровне второго этажа. Крыльцо сохранилось, но двери обзавелись ручками в виде львиных морд.

Распахнув двери настежь, я оказался внутри.

Чупакабра нехотя последовал за мной.

Двери захлопнулись.

Незримая борьба не прекращалась ни на мгновение. Чтобы проникнуть в дом, мы с Чу сломали несколько мощных барьеров. Эмиссар ещё толком не догадался, что происходит, но атмосфера была насыщена нервозностью.

Холл расширился, потом сузился, словно огромный желудок.

Ниша со статуей рыцаря уступила место пылающему камину.

А ещё вокруг начали появляться зловещие элементы, от которых даже у меня мурашки по спине пробегали. Заострённые колья с извивающимися на них голыми людьми. Чавкающие в полумраке жутковатые создания. Ползающие под потолком саламандры, щёлкающие челюстями. Картины в золочёных рамах, изображающие скелеты доисторических гигантов… Какой-то жуткий микс из того, что хранилось в подсознании эмиссара, с моими собственными образами.

Потолок с каменным гулом начал ползти вниз.

Чупакабра среагировал молниеносно: с двух сторон от нас из пустоты соткались колонны. Грубые, сложенные из сочащихся влагой камней, покрытых мхом… В духе этого места.