— Снова твоя очередь.
Отдых продолжался и на мою долю выпало удовольствие наслаждаться жизнью султана, имея по жене на каждый день недели. Можно было сказать, что все проходит отлично, но неприятности начинали поднимать свою уродливую голову.
С нами связалась Фьюри, чтобы поделится новостями. Одна из них была из разряда любопытных, а вторая довольно неприятной.
Мотивы Николь в этой ситуации были прозрачны как слеза младенца. Руководство США, несмотря на нашу помощь с ГИДРОЙ, все же решила загнать нас свой каблук. Скорее падение неонацистской организации подстегнуло их в этом решении. Разобравшись с очевидным врагом, они решили взяться за силу, которая на прямую не противостояла им, но и отказывалась вступать в подчинение.
Фьюри же очевидно надеялась извлечь из хреновой ситуации максимальную выгоду. Предупредив нас, она ничего не теряет, но получает возможность сохранить деловые отношения с нашей командой. Если все полетит к чертям, то она останется единственной кто способен хоть о чем-то с нами договорится.
Вторая же новость была скорее информативной и касалась нашего недавнего визави. Удивительно сколько времени потребовалось на то, чтобы вычислить его настоящую личность. В прочем было мало удивительного в том, что ГИДРА так старательно его прятала.
Стефан Шмидт действительно являлся наследником старого врага Сьюзан и приходился ей родным сыном. В этом мире могли ценить мужчин, но мамочка явно не видела столь желанную наследницу в своем чаде.
В годы перерождения ГИДРЫ под личиной ЩИТа Стефану жилось очень даже неплохо. Его настоящая личность не была известна широкой общественности, и он вполне мог кататься как сыр в масле, ведь личности его матери было достаточно, чтобы фанатики ГИДРЫ лелеяли его.
И в этом была загвоздка, одно дело, когда окружающие исполняют твои капризы и совсем другое, когда они выполняют твои приказы. С последним у Стефана до недавнего времени были проблемы. Пирс, Штрукер и другие предводители ГИДРЫ не допускали его к серьезным делам, и лишь проведенная нами чистка позволила ему воспользоваться именем своей матери и взять бразды правления в свои руки.
Немного напрягала его внешняя молодость. Будучи зачатым в годы второй мировой он выглядел максимум лет на сорок. В прочем не он один. Романофф, дитя холодной войны, тоже не выглядел на свой возраст. Что-то мне подсказывало, что и у ГИДРЫ, и у ЩИТа, есть какой-то способ сохранить молодость. По крайней мере самых важных людей.
— О чем думаешь? — тихонько поинтересовалась Пенни заметив, что я не сплю.