Вернувшись к Харди, я наконец-то исполнил ее желание, резко в одно движение мой член оказался внутри нее. В долгих прелюдиях не было никакой нужды, она уже была очень влажной, да и не хотела она такого.
Мои движения были резкими и грубыми, как это любила сама Фелиция. Мне это тоже доставляло массу удовольствия. Звуки столкновения моих бедер с ее задницей наполнили комнату. Где-то на фоне тихонько постанывала Элли, что ласкала себя, наблюдая за нашим соитием.
— Ах, как же хорошо, — простонала Харди, — Еще сильнее.
Это заставило меня ускориться и отвесить еще несколько шлепков по ее попке. Усилившиеся стоны и то, как она сжалась вокруг мое ствола, дали понять, что я все делаю правильно. Стол ходил под нами ходуном, Фелиция вцепилась руками в края в попытке обрести большую устойчивость.
Продолжая трахать Харди, я поманил к себе Озборн, которая, немедленно прервав свои развлечения, подбежала ко мне. Прижав к себе девушку, я втянул ее в неряшливый, похотливый поцелуй, активно играясь нашими языками.
— Вот черт, — выдохнул я, прерывая поцелуй.
Оргазм настиг нас с Фелицией одновременно. Издав особенно громкий стон, девушка мелко задрожала, выпустив из своей киски аномальное количество влаги. Залпы моего семени перемешивались с ее соками и стекали по ее бедрам.
Выйдя из нее, я отошел на пару шагов, желая полюбоваться делом рук своих, но у Элли были свои планы. Перевозбужденная девушка буквально напрыгнула на меня вовлекая в очередной поцелуй.
Мои руки автоматически подхватили ее задницу, пока ее ноги обвили мою талию. Продолжая целовать ее, я сделал пару шагов в сторону дивана. Уронив на него свою ношу, которая тут же приглашающе раздвинула ножки.
Помня, как она подшучивала над Фелицией, я решил ее немного проучить. В конце концов моя обязанность следить за тем, чтобы мои девочки ладили. Прижав свой член к ее киске и зажав его между бедрами, начал двигаться стимулируя девушку, но явно не в той степени, в которой она рассчитывала.
— Ну ты, — надулась Озборн, однако не сделала никаких попыток выбраться из такого положения.
Элли не такая мазохистка как Фелиция. Ей не доставляет удовольствие боль вперемешку с унижением, так что я не перебарщивал, но это вовсе не значило, что мне нельзя было ее дразнить. К тому же она явно наслаждалась происходящим, пусть и не так сильно, как полноценным проникновением, о чем свидетельствовали легкие стоны, срывающиеся с ее губ.
Харди, теперь находившаяся в роли зрительницы, уже пришла в себя и явно наслаждалась «бедственным» положением своей подруги. Однако, нетипично для себя, предпочла промолчать и молча наблюдать за происходящим. Честно говоря, я ожидал, что она не упустит случая нарваться на «наказание».