— Кушать хочешь? — спросил я у немного покрасневшей девушки и, дождавшись ее кивка, продолжил, — У нас кое что с ужина осталось будешь?
— Ты готовил? Никогда не откажусь!
Путь не только к мужскому сердцу лежит через желудок. Перед вкусной едой никто не устоит.
Я разорвал объятия, чтобы пропустить девушку в дом. Стоило мне закрыть дверь, Габриэлла тут же взяла меня за руку, переплетая наши пальцы.
— Ты извини, что я так внезапно, думала сначала позвонить, но решила, что нам лучше поговорить лично, — повинилась девушка.
— Да пустяки, я ни сколько не против, — улыбнулся я ей, пытаясь подбодрить.
— Сэмми, кто там? — из гостиной появилась мама и с удивлением уставилась на нашу гостью.
Впрочем ее ступор длился куда меньше моего. Буквально несколько секунд и женщина уже сжимает Озборн в своих объятиях.
— Габриэлла, дорогая, как приятно снова тебя видеть!
— Здравствуйте, миссис Уайт, — девушка выпустила мою руку, чтобы ответить на объятия Аманды, — Я тоже очень рада вас видеть.
— Как всегда очаровательна, — с улыбкой покачала головой, мама, — Ну да ладно, пожалуй не буду вам мешать, вам явно нужно многое обсудить.
— Вы совсем не мешаете, — замахала руками Габриэлла.
— Не стоит, милая, — отмахнулась Аманда, — Я ценю твою вежливость, но я знаю, что двум влюбленным хочется побыть наедине, особенно после долгой разлуки.
Аманда выпустила Габриэллу из кольца своих рук и начала подниматься на второй этаж, оставляя нас одних. Я даже удивлен тем, что она решила так быстро удалиться. Озборн ей очень нравилась и ее отъезд обеспокоил ее куда больше Сэма. Наверняка у нее много вопросов к девушке, но, видимо, она решила их придержать и дать нам возможность сначала поговорить друг с другом.
Габриэлла провожала Аманду с лёгкой улыбкой и затаенной грустью в глазах. Наверняка думала о собственной матери. Норма любила свою дочь, в этом не было никаких сомнения, но была не очень хороша в выражении собственных чувств и порой была слишком требовательна, регулярно тыкая дочери в гениальную Пенни. Такой микс не мог положительно сказаться на их отношениях. Поэтому, куда более эмоциональная и открытая Аманда, любившая своего сына и ничуть не стесняющая выражать эту любовь, да еще и принявшая в свое сердце младшую Озборн, вызывала у девушки смешанные чувства. И радость, и тоску.
— Идем? — на этот раз я сам взял девушку за руку, пытаясь отвлечь от грустных мыслей.
Габриэлла кивнула и мы отправились на кухню, где я порадовал ее своей готовкой. Когда с едой было покончено, я заварил нам чай и именно тогда девушка решилась заговорить о слоне в комнате.