— Мы обсудили все повисшие ещё с весны вопросы со службой безопасности, — продолжил я. — Их было много, но мы решили все. Служба безопасности холдинга остаётся, служба безопасности комбината будет образована в ближайшие дни уже официально. И главное — СБ комбината не будет подчиняться службе безопасности холдинга.

— Ого, — Лёня удивился. — Белоглазов там на говно наверное изошёлся, что он теперь тут не рулит?

— Что-то вроде.

Изначально СБ комбината должна была находиться под контролем Белоглазова, но я и раньше не хотел такого исхода, и стал резко против после того, когда он не смог решить проблемы в Питере. А ещё это он навёл контакты с генералом Горностаевым и Петрухой, и, можно сказать, пригрел змей на груди.

— Это не значит, что на нём поставили крест, — сказал я. — Он останется в Питере, на нём будет охрана офиса и сотрудников, на нём будет экономическая безопасность холдинга, информационная и прочая. Он бывший чекист, работал в КГБ и ФСК, знакомства в Питере есть. Но здесь мы справимся лучше и без него. Здесь ему делать нечего, это наша территория.

Да, ему это не понравилось, но Вишневские в этом вопросе послушали меня, а не его. А что насчёт остального, я за ним присмотрю. В его же интересах жить с нами мирно, мы своих друзей всегда поддерживаем, и он это знает. Ну а если будет строить интриги, быстро пожалеет об этом.

— А если он опять обосрётся, мы за него все вопросы решать будем? — спросил Женя, крутя в руках зажигалку.

— Если такое будет, то Вишневские поставят вопрос о доверии к нему, — сказал я, покрутив в руках увесистую ручку с гравировкой «Гранит». — Но посмотрим. У меня нет цели как-то его подсадить, если он сам не станет нам мешать. Работать-то надо и в Питере, не только здесь.

— Но ты ему не доверяешь?

— Я доверяю только вам. А там у каждого свои цели, и они не всегда совпадают с нашими.

— А что с «Гранитом» будет? — с беспокойством спросил Лёня. — Неужели, раз появилась СБ, он больше не нужен? Столько с ним возились.

— Сейчас до этого дойду. Мы же тогда смотрели законы, поняли, что замучаемся всё переоформлять, да и собранный арсенал жалко.

Я с усмешкой посмотрел на Женю, который сразу напрягся, и подтянул к себе пачку листов, которые накопились мне на подпись. Их я подписывал новой ручкой.

— В службе безопасности будет мало людей, — сказал я, ставя свою закорючку на каждой бумаге. — Пока там только я и Павел Андреевич из Питера, он соберёт свою команду, а я свою. Контракты мы сохраним, как и обговаривали весной, только с одним нюансом. Но я уже не могу тратить весь день на маршрутные листы и отчёты, — я показал всем только что подписанную бумагу. — Ну а Женьке уже некогда пересчитывать гильзы. Так что будет так.