Вопросов много, и часть из них касалась того выступления перед журналистами. Поэтому сегодня ко мне пришёл следователь Иванов из управления собственной безопасности ФСБ, расследовавший также старое дело покойных Шелехова и Горбаня.

Именно этого следака Ремезов ещё по зиме называл инквизитором, думая, что тот едет всех нас закрывать. Мужик, хоть и выглядел стереотипным кгбшником из сериалов про Советский Союз, которые будут снимать лет через десять-двадцать, говорил вежливо, не выделывался и не давил.

Я с ним виделся пару месяцев назад, когда была та история с Шелеховым, но недолго, а сейчас мы обсуждали всё более детально. Иванов расспрашивал в деталях про ту прошлогоднюю историю с Захаром и украденным алюминием, затем про другие грузы, которые читинское УФСБ перехватили с нашей помощью.

Если называть вещи своими именами, это допрос, просто не в кабинете следака на Лубянке, а у меня в гостиничном номере, и сидели мы не за столом, а в мягких креслах, держа в руках кружки кофе.

Вопросов было много, но у меня не было ощущения, что следователь пришёл меня топить. Я думаю, он собирал всё что можно против Кравцова, и только в Питере он мог заниматься этой работой спокойно, где на него не давили.

— Скажу честно, — устало сказал Иванов через пару часов беседы, закуривая сигарету, и хрипло закашлялся, — и только потому, что про тебя многие из наших отзываются хорошо. Дело с этими грузами давно на контроле, с прошлого года. А вот про Чечню ты журналюгам зря сказал, там зацепок нет никаких. В газетах-то чё угодно могут написать, но проверка ничего не покажет, только время потратим. Этим занимаюсь не я, но придёт другой, который задаст конкретные вопросы. И если не ответишь, тебе же будет хуже.

— Почему это я не отвечу? — я отпил кофе из чёрной кружки. С молоком, но без сахара. — Зацепки есть, взяться за них можно. Но вообще, меня удивляет — неужели обвинений в продаже государственных секретов не достаточно? Раньше его бы вообще расстреляли за такое, а сейчас даже с должности не сняли на время расследования.

— Это я не с тобой должен обсуждать, — следователь Иваном поморщился, но заметно, что ему и самому это не нравилось. — Но опять скажу честно. Это затянется.

Он не договорил, но понятно, что Кравцов собирается отбиваться до последнего и не будет сдаваться. Ведь он верил, что меньше, чем через месяц, его начальник будет главой ФСБ и отмажет верного зама. Ну, не факт, что новый директор вообще захочет связываться с таким замом, а не утопит, чтобы не портил репутацию, но ждать у моря погоды я не собирался.