Опять же, несмотря на то что мы отступали, мы смогли попить крови у нападающей стороны. И это тоже ставили нам в пику, мол, слишком уж хорошо мы подготовлены для защищающейся страны. Потери наступления были довольно высокими, что подтверждало подозрительно улучшившуюся подготовку российских войск.
Следующим вопросом Пылаева была возможность обмена послами и их семьями. Наши подданные до сих пор были на территории Германии и Франции, в то время как немецкие и французские послы тоже были на территории России. Эти, конечно, успели семьи повывозить, но кто-то всё равно оставался. А вот наши русские пока что были с семьями. Немного подумав, я сказал так:
— Послов под любым поводом задержите. Придумайте им какие-то задачи. То есть, удерживайте не навязчиво, но сделайте так, чтобы они оставались в территории России до тех пор, пока русское посольство не вернётся на родину. Женщин и детей, которые остались на территории России, выпускать беспрепятственно. Если потребуется, организуйте для них коридор — сухопутный, железнодорожный или морской. Как вам будет удобнее.
Однако новости всё не заканчивались, и негативные среди них превалировали. Внутренних распрей было ещё очень много. В любом случае, о многих из них мне расскажет Кутепов. Но пока что до меня доходили лишь обрывки новостей, связанные с формированием обеспечения нашей армии. Например, в Средней Азии, а именно в Туркестане начались серьёзные волнения, которые начали набирать оборот. Таджики выступили против мобилизации и реквизирования лошадей. Мол, мало денег давали, да и мужики воевать за царя не хотят. В моей истории, кажется, было то же самое, только в 17-ом году. Ну, что поделать. ССР-ры, сколько бы их ни отлавливали, как тараканы плодились и всё вредили, вредили, вредили… И что бы мы с ними ни делали, всё равно появлялись как грибы после дождя.
Тут и там проносились волны террористических актов. Я позвал секретаря и попросил быстро составить указ: Эсеров объявить вне закона, приравнять их к воровским шайкам, которые настолько зарвались, что стали ещё и предателями родины решив навредить своей стране.
У меня уже заканчивались силы. Я окинул взглядом присутствующих. Нет, я буду сидеть столько сколько потребуется.
Джугашвили подметил, что моя речь с обращением к русскому народу была принята на ура. А по радио целыми днями напролёт играла песня «Вставай, страна огромная». Как в телефонном разговоре доложил Кутепов, на улицах Петербурга уже можно встретить людей, напевающих этот гимн. И от этой новости мне почему-то стало тепло.