— Итак, если все готовы, тогда я предлагаю начать наш турнир! — крикнул ведущий, и вслед за этим последовал удар в гонг.

— Турнир? — посмотрела на меня Маша, — а разве в турнире участники не друг с другом должны бороться.

Мысль была здравая. Тем более что из речи было не совсем понятно, только ли про нас говорили, или в этих декорациях есть ещё кто-то.

— Эй, — проорал я, как мог громко, наверх, — мы отказываемся участвовать в ваших тупых играх!

Мой голос потонул в общем шуме, но ведущий, как ни странно, меня расслышал.

— Игрок возмущён и не хочет участвовать! — весело сказал он, — а что мы делаем в таких случаях?

— Мотивация! Мотивация! Мотивация! — начала скандировать толпа.

— Правильно! Когда кто-то не хочет участвовать, его нужно замотивировать!

Маша вдруг упала на колени, держась за ошейник и стиснув зубы от боли.

— Хватит! — крикнул я вверх, — мы всё поняли!

— Сеанс мотивации прошёл успешно! — радостно провозгласил ведущий, а Маша перестала стискивать обруч руками и уже начала вставать, глядя на меня расширенными от ужаса глазами.

— Убью суку, — процедил я, — обязательно убью! И всё это их сраное место уничтожу!

— Почему-то я тебе верю! — прошептала Маша.

— Я очень зол, — тихо прошептал я, — и очень разочарован. Раньше меня смущало наличие здесь мирных граждан. Теперь уже нет. Это улюлюкающее быдло ничем не лучше самого Воланда.

— Что будем делать? — прошептала Маша.

— Начнём их игру и будем ждать удобного случая, — сказал я, — как я и говорил раньше. План пока что не меняется.

— А если случай не представится? — спросила Маша.

— Представится, обязательно представится, — сказал я, — главное, его не пропустить и понять, что это он и есть. Остальное дело техники.

— Итак, мы начинаем наши игры! — прокричал ведущий и раздался удар в гонг.

И после этого все затихли. Мы с Машей огляделись, пытаясь понять, что изменилось. Но для нас вроде бы ничего. Всё было точно так же, как и тогда, когда мы сюда вошли.

— Что происходит? — спросила Маша.

— Понятия не имею, — сказал я и ещё раз огляделся.

— И если всё началось только сейчас, то что же было до этого момента? — удивилась Маша.

— Разминка, наверное, — пожал я плечами, — они нас проверяли и тестировали.

— Интересно, что мотивировали тебя, делая больно мне, — сказала Маша, — и ведь сработало!

— А ты думала, я позволю тебя мучить, чтобы… чтобы что, кстати? Чего бы я мог добиться? — спросил я.

— Не знаю, — пожала Маша плечами, — чтобы тебя выслушали?

— Не думаю, что это помогло бы. Они бы просто и мне стали делать больно. Кстати, после этого сеанса принуждения к послушанию, или «мотивации», как они его называют, эти ошейники стали мне нравиться ещё меньше, — сказал я, — хочется взять эту железную штуку, и забить ей того, кто это придумал до смерти! Так, чтобы мозги разбрызгало по стене!