— Ты у нас штатным зенитчиком стал.

— Почему зенитчиком? Танки сегодня бил не хуже других!

— И чем, у тебя же одна шрапнель? Сам говорил, там у мостов…

— Тут такое дело, командир… — он опустил глаза и начал тереть нос. — Тогда мы бронебойные с МТО сняли на грунт, и шаманили с движком, а тут команда от тебя… ну мы и того… забыли про них. Но сейчас все пучком, вБК есть и те, и те!

— Ладно… так скалько ты сегодня танковнащелкал?

— Одиннадцать.

— А чего так мало? Стрелял вдвое чаще, я слышал…

— Так это… нервничал сильно, если честно то просто боялся…

— Проехали. Главное что сами живы остались и технику сберегли, а опыт… Как там Пушкин писал?

— Сын ошибок трудных…

— А самолетовсколько?

— Сегодня два.

— Молодец.

Тут наконец БТС полностью вытащил танк из воронки,при этом его напоследок хорошо качнуло, башенный непроизвольно захлопнулся и изнутри послышался громки мат. Мы пулей взлетели на броню и засунули головывбашню. На месте наводчикасидел командир танка и вовсю ширь своей души крыл все и вся.

— Цел?

— Цел!

— А чего тогда ругаешься?

— Да как представил, что могло случится, то чуть жопа не поседела! Как успел руки убрать — незнаю.

И тут мы всевголос заржали. Отсмеявшись, я приказал наводчику Т-44:

— Илья, собери командиров. Всех. Через пятнадцать минут все тут.

Спустя десять минут начали заходить командиры экипажей, расчетов, взводови батарей. Молчаустраивались,кто где мог.

— Ну что, все собрались? — И не ожидая ответа, сразу продолжил, добавив в олос военной казенщины. — Товарищи командиры! Командованиемпереж нами поставлена важная и ответственнаязадача. Прямо скажу — сложная, но интересная. Погуляем на Славу. Совещания не будет. Пока совещаться будем, немчура пяток километров лишних махнет, можем тогда не догнать.

Вответ послышались сдержанные смешки. Переждав совсем немного, я продолжил. — Только что, мы успешно завершили оборонительный бой, в ходе которого смогли нанести противнику неприемлимые для него потери. Теперь его надо решительно добить, пока он от нас не оторвался.

Они ждать нас не будут. У кого возражения будут — потом выскажите, но кратко. По коням!

— Секундочку товарищи! — раздался из-за спины знакомый голос.

Обернувшись, я увидел генерала Руссиянова, в окружении нескольких командиров. Жестом руки он приказал всем оставаться на своих местах.

— От имени командования я объявляю всем, кто непосредственно участвовал в этом бою благодарность! Это первое. Ну и принимайте подкрепление, — он показал на двух командиров, — танковую роту и стрелковый батальон, это во-вторых.

Все командиры одобряюще загудели, и пока они высказывали полнейшее одобрение, генерал сделал пару шагов в мою сторону, взял меня за локоть и негромким голосом спросил: