— Но есть проблема, — вздохнул я, — она вообще ничего не помнит.
— Главное, что жива! — сказала Рита, не приняв мои слова всерьёз.
— Как ребёнок? — спросил я.
— Лем, иди сюда! — крикнула Рита.
— Лем? — удивился я, — его так зовут?
— Нет, — Рита улыбнулась, — это рабочий вариант. Единственное, что я смогла от него добиться, чтобы он произнёс, так это «голем». Но слово полностью у него не выходит, получается только «лем». Вот я так его и называю пока.
— То есть ребёнок ничего из того, что знал раньше не произносит, а только совершенно новое слово «голем»? — удивился я.
— Он не просто так его говорит, — сказала Рит, — просто его эта штука очень сильно впечатлила. Он, видимо, только про неё и думает, и говорит, следовательно, тоже. Вот смотри! — она повернулась к дверному проёму и крикнула ещё раз, — покажи голем!
Малыш робко выглянул из-за косяка, посмотрел на меня и чуточку поколебавшись, растопырил руки в стороны и, покачиваясь, большими и медленными шагами пошёл в нашу сторону.
— Ле-е-ем! — произнёс он.
Рита захлопала в ладоши!
— Молодец! Какой ты молодец! Очень похоже! — радостно сказала она.
— Если бы я не знал, что это голем, я бы подумал, что он показывает медведя, — сказал я.
— Медведя он никогда не видел, а голем видел. Что видел, то и показывает, не придирайся, — сказала Рита.
— Мы там устроили небольшую бойню… — начал я.
— Небольшую бойню? — Рита удивлённо вскинула брови, — очень странный речевой оборот!
— Возможно, но суть не в этом, — сказал я, — мы уничтожили банду, которая контролировала этот район, и освободили довольно много людей, которых те держали в плену. Они сейчас направляются в убежище, откуда мы пришли. Думаю, что ребёнка нужно отправить вместе с ними.
— Нет! — сказала Рита, и рукой притянула Лема к себе, а он обхватил её за ногу и крепко прижался к ней щекой.
— Стоп! — я потряс головой, — что значит, нет?
— Нет, это значит, нет! — решительно сказала Рита.
Сказать, что я был озадачен, это значит ничего не сказать. Пришлось взять паузу, чтобы обдумать случившееся.
— Рита, — наконец, собравшись с мыслями, начала я медленно, — я понимаю, что ты хочешь этому ребёнку добра. Только вот взять его с собой, это вовсе не добро! Мы постоянно подвергаемся опасности, и ребёнок, находясь с нами, тоже постоянно будет рисковать жизнью. Тем более что о нём нужно постоянно заботиться, ведь он же совершенно крохотный. Да, не грудничок, но до самостоятельности ему ещё очень далеко.
— Алик, ну ведь я же не дура! — сказала спокойно Рита.
— Стоп, я такого не говорил! — на всякий случай сразу уточнил я.